Невеста эльфийских кровей

А потом со стоном разочарования падает вниз.

– Говорю же, давай подсажу.

На этот раз в голосе Брента отчетливо слышался приглушенный смешок. Он уважал настойчивость и упорство, когда они были к месту.

Это стало уже делом принципа.

Ринка сама не знала, откуда в ней взялось такое упрямство. Но в этот момент ей казалось очень важным доказать и себе, и Бренту в первую очередь, что она чего-то стоит и без него.

Она вспомнила прошедшую ночь. Как проснулась уже в темноте, разбуженная кошмаром. Как едва сдержала рвущийся крик, ожидая вновь обнаружить себя в камере Таатагана.

И хриплый голос, неловко шепчущий в темноте:

«Тише, ну что ты, все уже хорошо…»

Брент был рядом. Она не видела его, но чувствовала. Его силу, его уверенность. Он был нужен ей в тот момент так же, как воздух.

Вспомнила, как вцепилась ему в плечи, чувствуя под пальцами не ткань рубашки или железные звенья кольчуги, а изрытую шрамами кожу воина. Как прижалась к его твердой груди, трясясь от нахлынувшего ужаса, и разревелась самым позорным образом.

А он обнимал ее и баюкал, продолжая шептать что-то бессвязное. Поглаживал по спине, по волосам. Но не отталкивал. Так и держал на руках, пока она не перестала всхлипывать.

Только после этого отпустил.

«Нет! Не уходи!» – она тут же дернулась за ним в темноту.

Напуганная маленькая девочка, слишком хорошо понимающая, что ее кошмар – это только ее, и она не в силах с кем-то его разделить.

«Не уйду, – спокойный, уверенный голос.

Вспомнила, как нащупала его руку и схватила за мизинец. Совсем как ребенок…

Воспоминания нахлынули на нее шквальным ветром.

Теперь, при свете дня, это было даже смешно. И стыдно. Она действительно вела себя как ребенок. А ей уже целых шестнадцать лет!

– Ну, как знаешь, – спрятав ухмылку, Брент преспокойно развернулся и, насвистывая, направился к своему коню.

В первый момент девушка не поверила, что он действительно уходит, бросая ее на милость лошади.

Красная, как маков цвет, и пыхтящая, точно рассерженный еж, Ринка вскинула голову.

Ну и не надо! Не больно-то и хотелось!

Снова пальцы хватаются за луку седла. Снова упор на стремя. Снова толчок.

Короткий бездарный полет…

И тут какая-то сила отрывает ее от земли, швыряет вверх, точно из катапульты – и Ринка с визгом приземляется прямо в седло.

Ошарашенная, потрясенная произошедшим, она застыла, хватая ртом воздух.