Рад давит на плечи, возвращая меня в прежнее положение.
— Ты сейчас максимально расслабляешься и правильно дышишь. Мы с тобой это учили. Рит, хоть здесь давай ты будешь меня слушать. Ладно? Мы же хотим родить здоровую дочь?
— Хотим.
— Тогда просто слушай меня и делай то, что говорю. Лететь совсем немного осталось. В аэропорту нас будет ждать бригада скорой. Мы продержимся.
— Ой, — жмурюсь от новой схватки. Она чуть сильнее предыдущих.
Таз будто распирает сразу во все стороны. Стараюсь дышать, глядя во взволнованные глаза своего мужчины.
На нас косятся пассажиры. Рад им натянуто улыбается и снова смотрит только на меня.
— Держитесь, мои девочки, — целует меня в живот. — Держитесь. Еще совсем немного, — смотрит на часы.
— Больно — больно — больно, — пищу, обняв себя руками. — Почему они так быстро, Рад? Слабые же были, — хнычу от страха. Я не хочу рожать в самолете. И я не хочу, чтобы он принимал роды. — Ева, пожалуйста, — вывожу ладонью круги по напряженному животу. — Потерпи.
Скоро ты окажешься у мамы на ручках. — Ай-яй…Рааад…
— Тихо-тихо, — прижимает к себе. — Не паникуй. Ты перестала следить за дыханием, — шепчет мне в волосы. — Оно облегчит схватки. Просто дыши, я очень тебя прошу. И мне бы посмотреть тебя, Рит, — берет в ладони лицо.
— Что? Нет!
— Ритк, я сейчас буду не мужчиной, врачом. Нас закроют от остальных пассажиров.
— Нет! — в панике сжимаюсь и мне опять становится больно.
— Не дури, малыш. Ты ведь доверяешь мне? — согласно трясу головой.
— Дай мне осмотреть тебя.
— Ты массажист, а не гинеколог, — выпаливаю последний аргумент.
— Так и есть, малыш. Так и есть… Но тебе придется раздвинуть передо мной ножки, — старается шутить. — Ты же там так прекрасна.
— Замолчи, — хнычу от очередной схватки.
— Дыши. Дыши, моя девочка, — гладит меня по коленям.
— Вам придется сесть и пристегнуться, — к нам подходит стюардесса. — Мы садимся.
— Слава Богу, — выдыхает Рад и садится в соседнее кресло. Приводит в сидячее положение мое, ремень протягивает под животом.
— Придется потерпеть, — защелкивает его и застегивает свой. Берет за руку и то ли себе, то ли мне опять повторяет, что все будет хорошо.
— Мне страшно, Рад, — смотрю на него в поисках поддержки.
— Я говорил, не надо было лететь! — срывается он.
— Но у нас же получилось. Я не могла иначе.
Он замолкает. Виновата, но как выбрать между дочкой и мамой, я так и не придумала. Ни один из аргументов не работает на сто процентов.
