Невеста Моцарта

И она так выразительно посмотрела на ковёр у моих ног, словно слышать «на колени и соси» для неё не впервой.

— Брата твоего завтра выпустят, — приобнял я её. И сказал на ухо вкрадчиво, даже мягко, воздержавшись от оскорблений: — Но, будь добра, постарайся, чтобы ему не пришлось сидеть там снова. Уёбывай ты уже в свой сраный Лондон. Но сначала вот так же с огоньком сделай приятно моему товарищу. Иди в душ, милая, и ни дай бог моему другу не понравится.

— Ты на свадьбу-то придёшь, Бук? — хмуро оглядел я зал.

— Постараюсь, Мо, но не обещаю.

— Это точно, — тяжело вздохнул я. — Ну, смотри сам. Буду рад, — положил я на стол перед ним ключ-карту от люкса. — Держи. Номер «1221». И ни в чём себе не отказывай. Отплачено.

Он поднял на меня удивлённый взгляд и пусть не спросил: «Это то, о чём я думаю?», я уверенно кивнул. И даже злорадно улыбнулся, представив, как будет стекать сперма Бука по пухлым губам и наутюженным волосам этой обычной расфуфыренной продажной шлюшки, которая возомнила себя Матой Хари.

— Мо, я твой должник! — крикнул он мне вслед.

— Ты же знаешь, Бук, за мной не заржавеет, сочтёмся! — махнул я, выходя.

Уже в машине я назвал Андрею адрес, который не знал никто.

Я едва оторвала голову от подушки, когда взгляд упёрся в розу. И я думала к ней будет конверт — ещё один, какой там по счёту: шестой, седьмой? — но это была просто записка.

«Не скучай. Буду завтра. М»

Где у «М» был забавный хвостик от буквы «Ц», что невольно читалось как «МЦ».

Я отшвырнула вырванную из какого-то блокнота бумажку.

Он не вернулся домой. Он, хер его знает, где шлюхается. Держит меня на вытянутой руке, а я должна сидеть его ждать? Всё, хватит!

Мне есть чем заняться! Через три дня начнутся занятия — как минимум, мне нужны тетради. Ещё я могу позвонить Карине — она вернулась в город. Посидим в кафе, познакомлю её с Бринном.

Я натянула джинсы, убрала волосы в узел, плотно позавтракала, попутно изучая копии архивных документов особняка, что привезла от мамы, и… неожиданно получила отказ от Антона.

— В смысле ты занят? — включив телефон на громкую связь, возмущалась я.

И Бринн, конечно, мягко пояснил, что Моцарт платит ему не за то, что он со мной дружит, у него есть дела. Вернее, он ничего такого и близко не сказал — это я со злости так услышала слова, что он сегодня работает.

Но, может, оно и к лучшему. Прижав к себе папку, я смотрела на Ивана, что галантно открыл мне дверь машины.