Он видел столько смертей за свою жизнь, сколько эта изнеженная девчонка не увидит за дюжину жизней. И сам он лично отправил на тот свет народу побольше, чем целый полк английских солдат.
Она быстро заговорила:
— Нет, Дуглас не приедет за мной, нет, я могу поклясться вам в этом. Он любит мою сестру — Мелисанду. Он был вынужден жить со мной, потому что его кузен обманул его, женившись на мне как его доверенное лицо. Все это было ужасной ошибкой. Дуглас будет рад избавиться от меня. Пожалуйста, месье, поверьте мне, ему все равно, что со мной случится.
— Надо полагать, готовить вы не умеете? Могу поспорить, что вы как раз из тех совершенно никчемных английских леди, которые никогда в своей жизни не замарали ручек.
— Я не никчемная! Умею ухаживать за садом, например.
Она умолкла, потом сказала:
— Приготовить что-нибудь съедобное я и правда не смогу, но, по правде говоря, мне и не хочется есть.
Он зевнул, потом пошел в маленькую кухню, расположенную в нише в самом дальнем углу комнаты.
Уходя, он бросил ей через плечо:
— Не двигаться.
Она послушно сложила руки на коленях и осматривала комнату; на всем лежала печать запустения.
— Где мы? — спросила она.
— Помалкивайте.
— Я знаю, что мы во Франции.
— Откуда вы это знаете?
Вообще-то она не была до конца уверена, но его реакция подтвердила ее догадку. Ей запомнился запах моря, и где-то в глубине сознания сохранилось воспоминание о морской качке.
Несколько минут прошло в молчании, Джордж вышел из кухни, неся в руках две тарелки.
На одной был хлеб, нарезанный толстыми ломтями, на другой — тушеное мясо, сильно сдобренное чесноком. Александра опять почувствовала дурноту.
Заметив это, он посоветовал:
— Поешьте хлеба. От него вам точно не станет хуже.
Она вяло пожевала кусочек хлеба, стараясь не смотреть, как он поглощает это жаркое с невыносимым запахом. Долго глядела на маленький кусочек масла, но так и не решилась намазать его на хлеб.
Джордж уплетал за обе щеки.
Не в силах выносить дальше это зрелище, она спросила:
— Как вы намерены поступить со мной?
Он поднял на нее глаза, не переставая жевать:
— Сначала я намерен снять с вас одежду и искупать. Потом я собираюсь изнасиловать вас так же, как это сделал ваш муж с моей Жанин. Вы останетесь со мной до тех пор, пока не забеременеете. И тогда я отошлю вас к Дугласу.
Она смотрела на него. У мужчин странная логика.
