— Я сказала ей, что мне плохо, и она подошла помочь. И тогда я ударила ее, а потом связала. Это ей за то зло, что она причинила тебе, Дуглас. Надеюсь, что ты меня понимаешь.
— Я понимаю, — расхохотался Дуглас. Жанин продолжала ругаться.
— Она не умолкает с тех пор, как я ее связала. Но я же не знаю французского. Понятия не имею, что она там говорит. Она оскорбляет меня, Дуглас?
Дуглас весело посмотрел на жену:
— Возможно, начинала она с тебя, но сейчас она уже оскорбляет твоих внуков."
"— Это правда, — подтвердил Джордж, глядя на свою любовницу, — сейчас она проклинает всех твоих потомков и ныне здравствующих родственников.
— Слушайте, — обратился к присутствующим Тони, — по-моему, мы должны ее развязать. Как ты считаешь, Александра, она уже достаточно наказана за свои грехи?
Александра сделала еще один глоток.
— Ну хорошо, — согласилась она наконец. — Я не хочу совсем ее уморить, то есть в принципе можно было бы, но сейчас я не в состоянии этим заняться всерьез. И тем не менее она должна знать, что я способна на многое и впредь не потерплю, чтобы так обращались с моим мужем.
Она больше никогда не посмеет причинить вред Дугласу. Никогда.
Дуглас повернулся к Джорджу и что-то быстро произнес по-французски.
— Что ты ему сказал? — спросила Александра голосом, полным подозрений.
— Я сказал, — медленно ответил Дуглас, улыбаясь ей, — что как только ты овладеешь французским, тебя нужно будет напустить на Наполеона. Джордж согласился со мной, что в этом случае корсиканским повстанцам не поздоровится.
— Не уверена, — возразила Александра, нахмурив брови, с беспокойством в голосе, — видишь ли, я не очень хорошо себя чувствую, во всяком случае, в данный момент. А сколько времени может потребоваться на изучение этого проклятого языка?
Она вдруг умолкла, посмотрев на Дугласа остановившимся взглядом.
— О, дорогой, — вымолвила она и упала в обморок.
Чашка выпала у нее из рук, и кофе пролился на пол. Жанин замолчала. Тони и Дуглас подскочили к Александре и опустились на колени.
— Я думаю, месяца через три она сможет ругаться на французском как на родном, — сказал Тони, прощупав у нее на горле устойчивый пульс.
— Перестань трястись, Дуглас. С ней все будет в порядке. Это просто от волнения, обычный обморок.
Глава 24
На следующее утро ровно в шесть часов трое мужчин и Жанин Дода прибыли на судостроительную верфь. Кого там только не было: рабочие, солдаты, моряки, повара, проститутки, торговцы всеми мыслимыми товарами. Они спрятались м стали ждать.
