Обе женщины в белых ночных одеждах метались по комнате будто два привидения, и различить их можно было только по облаку волос: у одной — черному как уголь, у другой — красному как пламя.
Тони все еще стоял согнувшись и хрипел. У Дугласа было ощущение, что он после атаки Мелисанды остался лысым. Маленькая незнакомка подбежала к нему с белым от ужаса лицом, тяжело дыша и вздрагивая. Он не проронил ни слова, когда она начала ощупывать его руки и плечи, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.
— Он очень сильно вас ударил? Пожалуйста, скажите мне, если вам где-то больно.
— Она дотронулась рукой до подбородка, и он вскрикнул, отдернув голову. — О, простите меня, я не хотела причинить вам боль. Челюсть не сломана, но ушиб очень сильный.
Дуглас взял ее за руки и отодвинул от себя со словами:
— Со мной все в порядке. Оставьте меня. Лучше позаботьтесь о своем втором муже.
Его взгляд скользнул в сторону Тони, рядом с которым стояла Мелисанда. Она нежно обнимала его, лицо ее было спрятано за черными кудрями.
Он подошел к открытой двери и позвал:
— Входи, Холлис.
Дворецкий, ни на унцию не уронив своего достоинства, вступил в это царство хаоса и неторопливо прошел через комнату.
— Милорд, — мягко обратился он к своему хозяину, — не соблаговолите ли пройти со мной, я приготовлю вам бренди в гостиной. Остальные тогда смогут сменить одежду на более подходящую и присоединятся к вам, когда пожелают. Пойдемте, милорд. Все хорошо. Пойдемте со мной. Все будет хорошо.
Дуглас позволил себя увести.
Звон в ушах еще не прошел, голова продолжала болеть, и весь он пребывал в каком-то странном оцепенении. У Мелисанды были сильные руки и еще более сильные легкие. Ему захотелось стать кем-то другим. Этот парень, Дуглас Шербрук, — просто осел, болван, тупица. Он чуть не потерял все свои волосы и уж точно потерял невесту. Собственный голос показался ему чужим, когда он обратился к дворецкому.
— Но, Холлис, эта девушка набросилась на Тони. Почему? Ведь он сказал, что женился на ней.
А меня она видит первый раз в жизни. Почему она была на моей стороне?
— Постарайтесь сейчас не думать об этом, милорд, — попытался перевести разговор в другое русло Холлис. — Просто радуйтесь тому, что нашлась женщина, которая постаралась защитить вас.
— Защитить меня! Черт, да она просто билась насмерть!
— Да, милорд. Собственно, так и должно быть. Ведь она ваша жена, милорд, и наша графиня. Она живет здесь уже два дня и всем очень понравилась.
