Конечно, я покажу и к месту отведу, но староста же должен заранее представлять, пройдёт ли в телега или нужно придумать что-то иное. Но это уже его заботы. Я серебрушку отдала, задачи поставила."
"Изба встретила нас теплом печи, запахом смолы сложенных у стены дров. Хлопотливая хозяйка с усталыми глазами низко поклонилась. На фоне своего мужа-медведя она казалась тростинкой, молодой берёзкой, которая вот-вот переломится. Сложно поверить, что она мать четверых детей. Может, мачеха?
Дочка выглядит менее забитой.
Рослая, высокая — в отца. Лицо глуповато-туповатое, зато пшеничные косы пышные, толстые как два каната и спускаются до колен. Ладони в застарелых мозолях, кожа грубая — работать девица умеет и пашет. Неплохо. Лишь бы не совсем дура.
— Мрысья, поди.
Ёжики святые, что за имя?!
Девица поклонилась, но как-то деревянно и совершенно неумело.
— Мрысья, с этого дня и до свадьбы служишь барышне.
— Бум.
До меня не сразу дошло, что это она так «буду» сократила.
— Добрый день, Мрысья.
Прямо сейчас займись, пожалуйста, обедом. Продукты я у твоего отца выкупила на месяц вперёд. На первое — мясной бульон. На второе — мясо запечённое с овощами. Ещё к столу подай хлеб и компот. Обедать буду я, моя няня, прибывший от господина его младший помощник. И на себя, конечно, готовь.
— Буд, барышня.
Видимо, «Будет, барышня».
Девица отправилась исполнять первое указание. И мне понравилось, что начала она с умывальника, зачерпнула сероватого порошка, потёрла пальцы, ладонь, тыльную сторону, всё смыла и тщательно вытерла руки идеально белым полотенцем.
— Баршня, — позвал староста. — Идём?
Я кивнула.
Староста на помощь прихватил сына, долговязого, но в отличии от отца тощего-претощего.
— В Старый ручей, барышня, на телеге не проехать, носилки возьмём.
Вот, правильно я про место рассказа.
Главное, чтоб пациент дождался. Мало ли. Я ведь очевидное упустила: куда делся тот, кто парня ножом пырнул?
Глава 5
До норы под вывороченными корнями упавшего дерева мы добрались довольно быстро.
— Это что ли новый помощник нашего господина? — засомневался староста.
Пациента перекосило, но прежде, чем он успел возмутиться, я чётко и ясно сказала да. Пациента окончательно скрючило, зато возражать он больше не рвался, только глазищами сверкал. Пользуясь тем, что староста с сыном двинулись вперёд, а я осталось за их спинами, я в выразительном жесте приложила палец к губам и подмигнула. Мой непростой пациент отвернулся.
