Я поторопилась уйти, тем более за окнами смеркалось — будет нехорошо в полутьме наткнуться на мебель и устроить грохот.
После няни я заглянула в спальню к жрице, увидела, как она чешет лоб млеющему Сахарку, и вышла, тихо прикрыв за собой дверь — всё в порядке, жрица устроилась.
Наверное, время позволяло попытаться успеть сделать ещё пару дел, но я вернулась в свою, теперь снова свою, спальню. Я прошла прямиком в ванную, открыла кран холодной воды. С подогревом я так ещё ничего и не решила, лезть под ледяные струи не хотелось, и я ограничилась тем, что сперва умылась, а потом обтёрлась смоченным в воде полотенцем.
Менять постельное бельё было лень. Я бы поручила Мрысье, но девица ушла сразу после того, как доставила ужин. Эх… Я вызвала скальпель и залила кровать синевой. Практически, стирка, только вместо пороша магия смерти.
Избавившись от платья, я забралась под одеяло, но сон не шёл. Я дремала, находясь между сном и бодрствованием. Когда над головой мелькнула стремительная тень, я подумала, что это лишь игра воображения.
Когда утром я проснулась, на подушке лежала незабудка.
Глава 18
."
"Я улыбнулась, отнесла прощальный подарок в кабинет и положила цветок между страницами толстой бесполезной книги — пусть засохнет. Оставлю на память.
Утро принесло солнечный свет и ясность мысли. Я встряхнулась, выбросила пациента из головы и первым делом навестила няню. К моему приходу она проснулась и даже успела перебраться из будуара обратно в спальню.
Женщина сидела в кресле, бессильно откинувшись на спинку кресла. Глаза полузакрыты, но видно, что она бодрствует. Вид осунувшийся, несчастный. Я снова почувствовала сожаление.
Когда я постучалась костяшками пальцев по дверному косяку, давая знать о своём приходе, няня вздрогнула и посмотрела на меня с легко читаемым на её лице ужасом. Кажется, меня принимают за демона. Я не решилась входить, осталась на пороге. Я даже не решилась произнести «доброе утро». Сказала просто:
— Утро, — «доброе» в наших обстоятельствах неуместно.
Няня не отвечала, по её щеке сползла слеза, оставив влажную дорожку.
Мда, просто не будет.
В очередной раз пытаться достучаться? Пытаться объяснить, что Мили была обречена, и сейчас получила вожделенную свободу? Возможно, где-то там Мили точно также как я получила второй шанс. Вряд ли, но Мили могла бы стать мной, заняв пустую оболочку.
— Уходи, ты не моя девочка, — няня скорее прошептала, чем сказала.
