Удивительно, но я даже не вздрагиваю от его строго голоса, лишь расправляю поникшие плечи и вздёргиваю голову.
— Я как раз искала кого-нибудь, кто мне поможет, — спокойно говорю, непроизвольно сжимая руки в кулаки. — Я всенепременно вернусь в свои комнаты, сир, но перед этим желаю увидеть его высочество. Проводите меня к нему.
Гвардеец хмурится.
— Но, ваша светлость, это невозможно, — неуверенно отвечает он. — Его высочество заключён под стражу.
— И что? — заявляю с небывалым даже для меня апломбом.
— К нему нельзя, миледи, — упорствует гвардеец.
— Глупости. Разве её величество запретила мне в последний раз увидеться со своим женихом? Или, быть может, леди Адельберг приказала запереть меня в покоях? Я только что с ней разговаривала, она ни о чём таком не упоминала. Вы можете спросить у неё лично, я подожду здесь.
С замиранием сердце наблюдаю, как бегают глаза гвардейца.
— Мне нужно всего полчаса. — Говорю холодно и уверенно, чтобы склонить его к нужному решению. — Хочу посмотреть в глаза этому предателю, прежде чем её величество велит казнить его за измену.
Если вы беспокоитесь о безопасности, то можете меня обыскать. Конечно, я это запомню, но не буду слишком сурова. Возможно, вам даже достанется не самая паршивая служба где-нибудь на дальних рубежах Сиории.
Похоже, последний аргумент стал решающим. Лицо мужчины каменеет, он отпускает рукоять сабли.
— Хорошо, миледи. Пройдёмте за мной.
Мы идём по погружённому в сон дворцу, наши шаги гулким эхом раздаются в пустых залах.
Императорские темницы оказываются в противоположной стороне от сокровищницы.
Мы спускается по узкой лестнице в подвал, откуда явственно несёт сыростью и холодом. Я внутренне съёживаюсь, но вида не подаю, хотя пальцы в миг становятся ледяными, стоит мне оказаться в низком, тёмном коридоре. Сердце от ужаса сжимается в крохотный, отчаянно пульсирующий комок: накатывают воспоминания о прошлой жизни. Конечно, тогда меня держали в главной тюрьме Вейсбурга — Верлисе, — расположенной на одном из островов.
Окажись Эмиль там, не поручусь, что смогла бы с таким же непоколебимым видом напроситься на встречу с ним.
Гвардеец перекидывается несколькими словами со стражниками. Те с подозрением смотрят на меня, но я делаю вид, что не замечаю их изучающих взглядов. Один стражник уходит во тьму, гремя ключами от замка — от этого звука по спине пробегают мерзкие мурашки. Второй вручает мне зажжённый огарок свечи, который я чуть не роняю на пол.
