Невидимые тени

– Вы не из строительной фирмы? – Старуха придирчиво разглядывает их.

– Нет. – Ника уставилась на цветы. – Ой, у вас розовая герань есть! Продадите черенок?

Старуха молча подошла к подоконнику, сняла один из вазонов и протянула Нике.

– Бери на счастье. Зачем пожаловали?

– Спасибо. – Ника рассматривает небольшой цветущий кустик. – Я давно такую ищу… Мы, собственно, узнать хотели, в какой квартире жила покойная Светлана… Майя, как ее фамилия?

– Филатова ее фамилия. – Старуха нахмурилась. – Вы не из социальной службы, часом? Потому что там у них беда…

– Значит, не из социальной… Жаль.

В восьмой квартире она жила, бедолага. В соседнем подъезде. Там дочка ее осталась, и внучка тоже. Вот ей-то, крохе этой, очень помощь нужна. Потому что, пока была жива Светка, она с малышкой возилась, да и Галка еще как-то держалась, а сейчас с самых похорон она в угаре. Наркоманка, что ж.

– Ну, да. Здесь все такие – ну, почти все. Хорошо, что дом идет под снос, глаза бы мои на этих алкашей не глядели.

А так – расселят нас, перееду в нормальный дом. В восьмой квартире, значит, жила она. Галка и сейчас дома – всю ночь гудели, под утро угомонились, и не выходил никто оттуда. Только наркоманы они, не ходите туда. Мало ли что сотворят…

– А когда вас расселяют?

– На следующей неделе обещались. Я уже и бумаги подписала, буду в Осипенковском микрорайоне жить. Хоть и далеко это, но квартира в приличном доме, я уже была, видела. Сын с невесткой рядом будут.

Нам предлагали жилье в новом доме в центре – но опять общее, или же в отдаленном районе – но две квартиры. Так мы согласились на две, молодым надо отдельно жить. Хрущевка, конечно, но соседи приличные. Здесь когда-то тоже нормальные люди жили, а потом одна рвань да пьянь осталась. Светка вон – как мужа схоронила, так и попивать стала, а ее Галка тем временем с наркоманами снюхалась – ну и покатилось. Как еще девочка здоровенькая родилась – непонятно.

– Спасибо за цветок.

 – Ника погладила старенький вазон. – Так пойдем мы?

– А подружке что ж, с пустыми руками уходить? – Старуха весело подмигнула. – Иди, выбери себе цветок – будет память вам от Валентины Михайловны. От меня то есть.

Майя вошла в просторную гостиную, заставленную старенькой мебелью. С улицы доносилось жуткое зловоние, даже сквозь закрытые окна.

– Да, вот так и живем. – Хозяйка вздохнула. – Ну, теперь уж недолго. Малыш родится в нормальном месте.