Невинная для бандита (СИ)

— Н-нет…

Меня потряхивало от напряжения — я не понимала, что за перемены в его настроении, но чувствовала, что они были. Воздух будто сгустился в комнате, и дышать становилось все труднее.

— Полностью, — добавил Герман, когда я осталась в белье и вопросительно посмотрела на него. — Встань коленями на постель и наклонись.

Все это время сам он даже не шелохнулся — так и стоял в двух шагах. Идиотская какая-то ситуация.

Страх был сильнее предвкушения. Хотя чего скрывать — я не раз пыталась представить, как все произойдет.

Но здесь и сейчас все словно выходило из-под контроля.

Слишком откровенная поза, слишком холодный и равнодушный голос.

Все было слишком.

Нервы были натянуты до предела. Я прислушивалась к каждому шороху, пытаясь понять, что же меня ждало.

— Боишься? — раздался голос совсем близко, от чего я вздрогнула. Вот как можно настолько бесшумно передвигаться?!

— Нет, — как можно увереннее ответила я."

"— Посмотрим, что скажешь потом…

Его пальцы коснулись моих складок, и затем Герман недовольно цокнул.

— Совсем не хочешь? Вадима тоже так же встречала бы? — неожиданно зло спросил он.

Я и так была на пределе, а его вопросы сбили меня с толку. Какого еще Вадима? И как вообще можно хотеть в такой вот ситуации, когда тебя фактически собираются использовать, как вещь.

— Я не понимаю… — прошептала в ответ.

— Оближи, — потребовал Мороз, и моих губ коснулись его пальцы. Я послушно открыла рот и сделала то, что он велел. Каждой клеточкой ощущала злость мужчины, но не понимала, за что.

Я ведь все сделала, как он сказал — никуда не выходила, в клинику поехала, нигде ни с кем не спорила. Что было не так?!

Пальцы снова коснулись меня между ног. Только тогда до меня дошло, для чего нужна была слюна. И вот тогда стало страшно. Получается, моя “не такая” реакция тела его не остановит, не заставит быть нежнее и аккуратнее…

— Не зажимайся! — недовольно произнес Герман. — Тебе же больнее будет.

Умом я понимала, что он в чем-то прав, но вот эмоционально… Мне было до одури страшно.

Потому что этого человека ничто не могло тронуть или заставить сочувствовать. Он реально собирался взять оплаченное независимо от моего самочувствия.

Унизительно. Грязно. Но я сама пошла на это. Глупо было надеяться, что со мной будут церемониться. Поэтому, стиснув зубы, я попыталась думать о чем-то абстрактном. О том, что скоро буду дома, что поеду к маме.

Мне почти удалось расслабиться, когда произошло то самое.

Резкий толчок позади.