– У тебя синяки на запястьях, ты время от времени трёшь плечо. Полагаю, там тоже синяки. Круги под глазами, взгляд очень грустный, хотя ты дома. Ты бравишься, когда со мной разговариваешь. Но если отвлечься – то сразу превращаешься в потерянного котёнка, которого очень обидели. Поэтому, Саш, я смотрю на тебя. И вижу всё."
"Опускаю взгляд, когда папа мягко прикасается к синякам. Я даже не заметила, что они проявились.
Разрывает от дикой несправедливости. Валид не делал этого, но получает всю ненависть от моего отца.
А Ясир, который сделал так больно, теперь герой для папы.
– Это не Хасанов, – зачем-то пытаюсь защитить мужчину. – Один из его людей. Он… Перешёл границы дозволенного. Сам так решил. А Валид меня защити, пресёк всё. И… Эм… Наказал того, кто меня обидел.
– Оправдываешь этого ублюдка?
– Нет, но… Просто рассказываю, как всё было. Неважно. Скажешь маме, что я не буду ужинать? Сразу спать лягу, я очень устала.
– Конечно. Отдыхай, Саш. А завтра поедешь со мной, дашь показания. Чтобы лишнюю статью этому монстру прописать.
Папа целует меня в лоб, прикрывает за собой дверь. А я остаюсь стоять на месте, не смея шевельнуться.
Показания? Да, я знаю много. Даже больше, чем папа может представить. Ведь мы с Валидом многое обсуждали, я слышала достаточно, чтобы организовать мужчине приличный срок.
Но…
Свидетельствовать против Валида?
Смогу ли я?
Глава 46
– Боже-боже-боже!
Подруга виснет на моей шее, буквально сдавливает. Продолжает визжать мне на ухо, обнимая всё сильнее.
– Поль, ты меня задушишь, – улыбаюсь, сама обнимаю подругу. Жутко по ней соскучилась. – Со мной всё хорошо.
Эта фраза уже стала заученной. Отскакивает от зубов вместе с широкой улыбкой. Потому что всё правда хорошо.
У меня ничего не болит. Я не страдаю от ПТСР. Не мучают кошмары.
Хотя…
Постоянные сны с участием Валида я бы тоже назвала кошмаром.
Горячим таким и постоянным.
– Тебя похитили! – Поля вскрикивает на всё кафе, а после тянет меня к нашему столику. – Не может всё быть хорошо.
– Но это так. Я дома, всё закончилось.
– Я всё ещё не могу поверить! Ты мне когда написала… Я думала, что это тот Хасанов так развлекается. Зачем-то. Даже когда твой голос услышала – не поверила. Есть же всякие программы, которые голос меняют.
– Поль, ну ты как придумаешь.
– А что? Я так надеялась, что тебя спасут. Но, знаешь, дурные мысли лезли в голову. Но ты тут! И тебя, наконец, выпустили из заточения! Как твой отец вообще согласился?
– С трудом.
