В ней безумно кайфово. Горячо и тесно. Электрическими разрядами прошибает, хотя я ещё двигаться не начал. Усилием себя сдерживаю, даю ей время привыкнуть. Отвлекаю, целую, кожу бархатную прикусываю, колючей бородой разводы на подбородке и шее оставляю. Мысленно отмечаю, что надо бы побриться.
Жасмин вновь расслабляется, шире ноги разводит. Открывается. Медленно отстранившись, плавно толкаюсь.
— Не больно?
— Немного, — не врёт и не терпит, уже хорошо.
Опускаю пальцы на клитор. Тру круговыми движениями, вскрик срываю.
Приручаю к себе, двигаясь медленно. Зажигаю её.
Стонет протяжно. Выгибается. Сильнее сжимает член в своих тугих тисках. Шиплю сквозь зубы. Кончу, даже не начав. Будет полное фиаско.
Очередной вскрик выпиваю, закрываю рот поцелуем. И толкаюсь резче, до конца погружаюсь в неё. Усиливаю трение.
Ещё пара движений и Жасмин оргазмом своим шпарит. Красиво кончает, за плечи цепляется. Меня протяжно зовёт. Успеваю вытащить и кончаю вслед. Пачкаю её животик и бедра.
И, тяжело дыша, подгребаю под себя.
Маленькая скромница медленно в себя приходит и трепыхается. Возится подо мной, очень старается незаметно сбежать. На бок падаю, но сбежать не даю. Наоборот, к себе тяну и ладонь на живот кладу. Обозначая, что моя. Нет пути назад. Всё.
— Куда торопишься? — с улыбкой спрашиваю, перехватывая мочку уха губами.
— В душ нужно сходить.
— На меня посмотри.
Поворачивает голову, смущается. Чуть подавшись, в губы звонко целую.
— Душ от тебя никуда не убежит.
Просто расслабься. Ты безумно красивая, Цветочек. Особенно с моими следами. И нет в этом ничего ужасного или грязного. Поняла? — говорю тихо, но твёрдо. Явно ведь над девчонкой прошлые устои довлеют.
Кивает и, прикрыв глаза, жмётся. Вот так. Быстро учится. Перевернувшись на спину, тяну за собой. Заставляю буквально на меня лечь. И, прикрыв глаза, глажу влажную спину жены.
Жасмин расслабляется. Пальчиками тоненькими по груди ведет, волоски крутит. Незамысловатой лаской и собственной близостью возбуждает.
Одного раза явно мало, но придётся сбавить обороты. Приручать её ещё и приручать.
— Натан, — тихо зовёт, открываю глаза, — я ведь теперь могу вернуться к учебе?
— Можешь конечно, — киваю, убирая с лица волосы. — Только дай себе немного передышки. Отдохни хотя бы эту неделю. А с новой пойдёшь.
— Нет, я не хочу отстать от группы.
— Хорошо. Тогда с работой заканчиваешь, — ставлю условие, брови хмурит и нависает.
