— Смотри мне, не испорть ничего, — зло грозит пальцем перед носом. — У нас все получилось, жизнь начинает налаживаться. Рустам уже оплатил часть долгов, так что ничего не испорть.
— Это радует.
— Ты была права. Иди отсюда! Спрячься в комнате и не выходи. Рустам постоянно на тебя смотрит, а он должен смотреть на свою невесту. Даже сейчас, видишь… Эля старается, хочет покормить его тортом с ложечки, а ты тут перед глазами маячишь, как бельмо. Айдаров оглядывается на тебя постоянно. Будет лучше, если ты уйдешь.
Я скажу, что у тебя из-за жары началась мигрень.
Ресницы становятся влажными, горло невидимыми цепями сдавливает обида. Я не ожидала таких слов от матери. Она выставляет меня виноватой. И к тому же она не поблагодарила меня за свою жертву. И слова не сказала… Хотя бы крошечное спасибо за то, что прикрыла сестру.
Мать переводит взгляд обратно на молодых, её лицо расцветает.
— Элечка молодчина, делает все правильно. Уже и кокетничать с ним начала. Это я её научила! Она должна удовлетворить и соблазнить Айдарова, чтобы этот черствый кусок льда растаял и денежек нам больше отсыпал! — мама пискляво рассмеялась.
Я смотрю на Элю и Рустама, сейчас они стоят возле большого стола, заваленного разными деликатесами. Сестрица теперь мило кокетничает и кормит мужа с ложечки свадебным пирогом, в то время как кругом блестят вспышки фотокамер — они позируют для журналистов, создавая им популярный контент.
Мама нахваливает старания сестры, да не может никак нарадоваться.
Лицо красное, но это явно не от жары, а от радости и он не сходящей с ее рта ни на минуту улыбки. Чисто смотрит на пару года и получает ментальный оргазм. От денег… Тех денег, которые уже поступили на счета семьи Власовых, за купленную невесту.
Хочется расплакаться.
Элла выглядит счастливой.
Неужели она поменяла своё мнение об Айдарове?
Еще бы, если о ней сейчас говорит вся страна, а её личико мелькает на главных страницах газет, журналов, на главных страницах новостных лент.
Как можно при этом быть недовольной?
Вот даже сейчас, когда я стою, невольно вслушиваясь в разговоры случайных прохожих, через предложение звучит её имя:
— Эльвира такая счастливая! Такого женишка отхватила.
— Вот уж повезло девушке.
— Да, завидую белой завистью.
Шепчутся неподалёку какие-то молоденькие дамочки из приглашенных, бурно обсуждая роковое событие года. Я тоже начинаю осознавать, что, глядя на них, я также испытываю горькую зависть.
