Легкая улыбка расплылась на моих губах, и я… махнула Рустаму рукой на прощанье, пожелав ему хорошего дня.
Дверь слишком быстро хлопнула — охранник её закрыл. Но, клянусь, я успела увидеть, как Рустам тоже улыбнулся. Только по-своему. Холодно, сдержанно. Но это была точно улыбка! Которую он зачем-то давил в себе, боясь выпустить на волю свои искренние чувства.
Тем не менее, это хороший знак!
Лед в сердце грозного деспота начинает таять…
Автомобили умчались, скрывшись за высокими коваными воротами, развернувшись, я пошла по направлению к дому, как вдруг рефлекторно подняла голову вверх и заметила, как колыхнулась шторка на окне комнаты сестры.
Поджав губы, ускорила шаг и вошла в дом. Поняла, что сестра ждала нас и пристально наблюдала из окна. Я попыталась войти к ней в комнату, чтобы поговорить, но она заперла дверь на замок и сообщила, что собирается лечь спать, потому что у нее разболелась голова.
Вздохнув, я отправилась в свою комнату. Мне тоже хотелось спать. Безумно! Буквально несколько дней назад я начала в полной мере ощущать на себе все прелести беременности.
“Первый триместр самый трудный” — сообщила мне врач Радмила Дмитриевна.
Что ж, я ей охотно поверила. Немного перекусив, через силу, разумеется, я направилась в свою комнату. Не успела войти внутрь, как мой телефон, врученный мне Айдаровым, чтобы я могла держать связь с ним, но больше с охраной, затрезвонил. Я приняла звонок от неизвестного номера. Не без опаски, конечно же.
— Мия!
Встрепенулась, узнав голос мамы.
Ну наконец-то она объявилась!
— Мама? Ты где?!
— Я улетела.
— Что?
Связь прерывается и барахлит.
— Говорю улетела заграницу. Меня не ищи, я сама буду звонить.
— Постой, как это?
— Это все из-за проблем с ослом Давидом! Мне пришлось… Они мне жизни не давали. Так значит, ты беременна?
— Да…
Я думала она повысит на меня голос и будет упрекать, но мама, на удивление, ответила полным безразличием на новость. Точнее вообще пропустила столь важную новость мимо ушей.
— Я не виновата в смерти Эдуарда…
— Конечно это не ты сделала! Понятное дело, что это рук самого Давида! А он всю вину на тебя валит, — она истерически рассмеялась.
— Так, Мия, мне говорить некогда, тут посадку объявили, я пошла.
— Когда ты вернешься?
— Все, некогда… связь обрывается. Я позвоню позже.
И она быстро отключилась.
Больше я маму не слышала. В течении достаточно долгого времени.
Глава 23.
Не прошло и года, как этот день настал. Мы снова едем с Рустамом в клинику.
