Она тревожно взглянула на него, но, как ни странно, увидела во взгляде не похоть, не сладострастие. Нежность. Безграничную нежность.
— Повелитель… — сконфуженно пролепетала девушка, внезапно растерявшись."
"— Маленькая дурочка, — пробормотал он. — Неужели еще не поняла, что я люблю тебя?
И единственным резким выпадом уничтожил хрупкий барьер, отделявший девушку от женщины. Индия поморщилась от боли, но все затмило потрясение, испытанное ею при его неожиданном признании.
Немного помедлив, он стал двигаться, и Индия, теряя голову от наслаждения, тихо застонала.
Он продолжал проникать в нее все дальше, и она, вначале несмело, потом все отважнее, отвечала, поймав ритм, встречным движением бедер, яростно принимая его в себя.
— Обними меня ногами, — прорычал он. Индия немедленно повиновалась и тут же громко вскрикнула. Она никогда не представляла, что так может быть! Так восхитительно! Так… так неописуемо!
Она льнула к нему, тяжело дыша, пока он неукротимо вонзался в нее. Ногти Индии впивались все сильнее в его кожу.
Напряжение, требующее выхода, все нарастало и нарастало.
— О Боже! — закричала она. — Я больше этого не вынесу! О Господи, только не останавливайся!
И тут душа словно отделилась от тела и воспарила, содрогаясь в сладостных конвульсиях экстаза, посылавших по телу бурлящие волны жара.
Кейнан ощутил, как сжимаются вокруг его пульсирующей плоти стенки узких ножен. Поразительно! Индия была девственной и все же сумела в первый раз испытать истинное наслаждение и требовала от него такой же пылкой дани.
И Кейнан, громко застонав, излил любовные соки, наполнив ее тайный сад. Последней его сознательной мыслью было:
«Я хочу сыновей от этой женщины. Сильных сыновей!»
И Кейнан, не выпуская Индию из объятий, перекатился на бок, чтобы не раздавить ее своим весом. Он почти забылся и пришел в себя, только услышав тихий плач.
— Индия, что с тобой? Аллах, прости меня, если я чем-то тебя обидел! Скажи, сокровище мое!
Он наклонился над ней, поцелуями снимая слезы со щек.
— Я так счастлива! — всхлипывала она. — Так всегда будет между нами? Ты все еще желаешь меня или я потеряла свою привлекательность, лишившись невинности?
В этот момент она казалась такой беззащитной, что у него сжалось сердце.
— Я люблю тебя, — повторил дей. — Думаешь, я сказал это, чтобы облегчить твою совесть, прежде чем овладею тобой? Никогда не думал, что способен любить женщину, но ты моя единственная любовь. Я всегда стану желать тебя, глупышка.
