Невозможный Роман

- Эта дурочка отказалась от наследства, - зачем-то проинформировал он Романа.

- Павел! – одернула сына мать. Поляков опять же выдержал взгляд. Никак не комментируя эту информацию. Он понятия не имел, о каких суммах идет речь, но догадывался, что о больших. Очень-очень больших. Ему, как человеку, который в этой жизни всего добивался сам, кровью и потом, было трудно представить, как можно по доброй воле отказаться от больших денег. С другой стороны, если не знать, как тяжело те деньги даются, каких только идиотских поступков не совершишь.

Что же касается всего остального… Так даже лучше. Можно не беспокоиться о том, что он ей, со своими несколькими миллионами долларов на счету, не пара. Точнее, в том, что не пара – сомневаться больше не приходилось, но… все же, если она осталась совсем-совсем без денег, так, может быть, и не самый плохой вариант, а?

- Отказалась и отказалась. Давай всем об этом сообщим, - пробурчала Глаша.

- Всем? Я думал, что Роман Георги…

- Неправильно думал! И вообще… что мы тут стоим? Гости тебя уже, небось, заждались.

Пойдем, Паш, а?

Глаша тараторила что-то, и тараторила. Тащила брата к выходу из библиотеки, косилась на мать и улыбалась, а Поляков… стоял и прикидывал в уме варианты того, что там себе Павел Львович надумал. И не поэтому ли Роман в последний момент получил приглашение на этот пир жизни?

Какова вероятность того, что Кошманы… со всеми их возможностями и влиянием, отпустили от себя Глашу дальше, чем на шаг? Маловероятно.

Кстати, если за ней до сих пор присматривают – вполне объяснимо, что менты сработали оперативно, когда его повязали из-за той дурацкой ситуации с Женькой. А значит… значит, они в курсе и об этой его ошибке. Впрочем, очевидно, Кошманы не посчитали её такой уж глобальной. Иначе почему он до сих пор ходил на своих двоих по этой грешной земле?

- Роман Георгиевич.

- Да?

- Вы же понимаете, что Аглая ни в коем случае не должна узнать, что это я за нее похлопотала? – наклонившись к Полякову, тихонько поинтересовалась Царица Тамара, когда Глаша с братьями вышла за дверь.

- Да, конечно…

- Видите ли, она девочка гордая. Предпочитает всего добиваться сама.

Ага! – злорадно подумал Роман. - Знаем мы, как она добивается. Плавали… - но вслух он ничего, конечно же, не сказал.

- Можете быть спокойны. Я вас не выдам.

- Вот и хорошо. Думаю, мы поладим."

"Роман улыбнулся и кивнул. Перевел напряженный взгляд на бар и последним вышел из библиотеки.