Сидя за столом и с трудом сосредоточиваясь на разговоре, он ощущал в себе все симптомы любви, так подробно и досконально описываемые во всем мире поэтами. Он узнал, что они носят имя Стейерхорн, и что их род восходит к крестоносцам — к тем временам, когда Немецкий Орден воевал с Орденом Меча. Весь этот дом был историей, перед которой мог побледнеть кто угодно. Дом несколько раз надстраивался и перестраивался, но сердцевина его — прихожая и рыцарский зал — оставались неизменными с тех самых пор, когда рыцари Немецкого Ордена сражались с Александром Невским на Чудском озере, которое было совсем рядом.
«Да, — подумал Микаел. — я в самом деле ощущаю: отзвук прошлого величия».
Заметив, что молодой офицер поддался очарованию Биргитты, родители извинились, сославшись на неотложные дела, и попросили его составить компанию их дочери.
С их уходом не возникло никакой паузы, поскольку Биргитта владела искусством обращения с поклонниками. Она легко и непринужденно болтала, и Микаел почувствовал, что ему никогда еще не было так хорошо.
— Боюсь, Вы долго здесь не задержитесь, господин Микаел, — надув губки, сказала она. — Все покидают это заброшенное место. На этот раз Вы отправитесь в Польшу?
Он только открыл рот, чтобы ответить, как снова увидел на галерее женщину. Она все время стояла там, притаившись, и теперь молча качала головой, словно предупреждая о чем-то.
Микаел не спеша произнес:
— В Польшу? Этого я не знаю, мы получаем приказы непосредственно перед отбытием.
Биргитта пожала плечами и переменила тему разговора.
Женщина наверху исчезла.
Вскоре Микаел сказал, что ему пора, но она попросила его придти на следующий день, если можно.
— С радостью, фрекен Биргитта!
Он взял у нее щенка и ласково погладил его.
— Займитесь его ранами, — попросил он, — и вовремя кормите его, он такой истощенный.
— Да, да! Я провожу Вас!
Микаел опустил щенка на пол.
— Завтра я приду и взгляну на тебя, — пообещал он маленькой собаке.
Они с Биргиттой вышли в прихожую.
— Это оружие впечатляет, — произнес он, пытаясь потянуть время.
Ему не хотелось расставаться с этой красоткой.
— В самом деле? Я всегда дрожу от страха, глядя на него. Оно принадлежало нашему прародителю, первому из Стейерхорнов. Он был .самым знаменитым из всех, кто сражался на Чудском озере. Взгляните на его броню, и Вы увидите пробоины — ведь он пал в этой битве. А вот это более новые доспехи, времен битвы при Танненберге в 1410 году, когда Немецкий Орден оказался столь плачевно разбитым поляками.
