— А я была занята своими делами, — сказала Марка Кристина, снова пробежала глазами письмо. — Руки, ощупывающие стекло… Это звучит, в самом деле, жутко! Просто ужасно! О, как все это печально! Милая Анетта, как ты, собственно, живешь в браке?
Из глаз молодой женщины брызнули слезы.
— Нет, не будем говорить об этом сейчас, — сказала Марка Кристина, — сейчас нужно действовать.
— Я должна поехать туда, — сказала Анетта, — Вы не могли бы найти для меня надежных людей? Я отправлюсь в путь в самой быстроходной карете.
— Конечно, — сказала графиня Оксенштерн и свесила с постели ноги. — Я не могу отправиться с тобой, потому что свято обещала никогда больше не оставлять одних моих мальчиков, но я помогу тебе всем, чем смогу. Да, эта история с Микаелом звучит устрашающе. Ты должна как следует взяться за дело, нельзя было позволять ему такое.
Она быстро прошла в будуар и крикнула оттуда:
— Эта тьма, о которой он пишет, которая наваливается на него… что это такое?
— Я так и не поняла, — крикнула в ответ Анетта.
— Думаю, он и сам этого не понимает.
— Что лично ты думаешь по этому поводу? Он душевнобольной?
Анетта задумалась.
— Я так не думаю. Он такой добрый!
— Ах, дорогая… — произнесла Марка Кристина растерянно. — Если бы это было хоть какой-то гарантией! Он всегда такой задумчивый и замкнутый…
— Да, и это куда хуже. У него было несколько ужасающих приступов. Не то, чтобы он стал опасным, но все это измучило его.
— И ты ни о чем мне не говорила! — упрекнула ее Марка Кристина, выйдя из будуара уже одетая.
— Пойдем, сейчас мы все устроим! Ах, Микаел! Он же мой сводный брат, мой приемный сын… Как мы могли упустить его? Какими эгоистичными недоумками мы все были — твоя жена, Габриэл и я!
Анетта была полностью согласна с ней.
— Удивительно то, что я не боюсь за Доминика. Я знаю, что, будучи рядом с Микаелом, он в безопасности. Я была такой ревнивой, тетя Марка! Такой жестокой! Я хотела, чтобы мальчик был только моим, чтобы не привязывался к своему отцу.
О, мне так много нужно сказать Микаелу! Я должна ехать сейчас же, немедленно!
— Мы все устроим, не беспокойся! У меня есть адрес его семьи в Норвегии. Да и война уже закончилась.
Новая мысль пришла Анетте в голову — в первый раз она подумала с сыне:
— А вдруг он заболеет по дороге? Что будет тогда с Домиником?
При мысли об этом ее охватил страх, и Марке Кристине пришлось приложить все силы, чтобы успокоить ее.
