Невыносимый

И не хочу, чтобы здесь жил кто-то посторонний.

– Ладно, как скажешь, – не спорит на этот раз Тая.

Но не Макс. Который воспринимает мои слова совсем иначе. Впрочем, не удивлюсь, если и его мать – также, уж больно безразлично теперь смотрит, словно маску нацепила.

– Но ведь мы не посторонние, – заявляет обиженным тоном ребенок. – Ведь правда же? – смотрит на меня с напряжением.

– Когда я сказал про посторонних, я имел ввиду: в случае, если мы продадим этот дом, то в нем будут жить чужие люди – те, кто его купят, те, кого мы знать не знаем.

Мальчишка призадумывается.

– Тогда ладно, – отвечает уже расслабленно. – А Леру сюда можно привести? – спрашивает следом.

Тая на это только улыбается и головой качает.

– Тебе все можно, – тоже улыбаюсь, однако недолго. – И запомни. Ты никогда не можешь быть для меня посторонним. Чтобы я больше такого не слышал, а ты – не думал. Ты – мой сын. Моя семья. Моя кровь. Это понятно? – заканчиваю довольно строго.

– Причем в прямом смысле, – вставляет Тая как бы между прочим.

– Вот видишь, даже твоя мама согласилась со мной, – подмигиваю мальчишке, прежде чем вернуться к завтраку.

Тот заметно веселеет. А в скором времени мы покидаем дом, усаживаясь в машину. Поскольку едем в одно место, то водитель не нужен, сопровождение выезжает следом. На этот раз дочь прокурора даже не ютится на заднем сиденье, располагается рядом, после того, как надежно пристегивает сына в детском кресле. Правда, недолго длится ее беззаботное состояние.

– Макс останется со мной. На весь день, – крепче перехватываю его за руку.

Девушка тут же останавливается, попеременно глядя то на меня, то на Максима.

– На весь день? – уточняет растерянно.

– У тебя много работы, на которой ты должна сосредоточиться. Вряд ли у тебя будет достаточно свободного времени, чтобы ты могла постоянно отвлекаться, – отзываюсь я.

– Так и у тебя много работы, разве нет? А если что-то случится? Ты вообще сидел раньше с маленькими детьми? – хмурится она.

– Он не младенец. И мы на одном этаже.

– Да, но… я не уверена, что это хорошая идея.

Мое терпение заканчивается. Да и сотрудников в прежде пустующем фойе становится больше, поэтому едва сдерживаю себя в границах вежливости.

Не уверена она, мать ее!

– То есть, создать целый холдинг у меня мозгов и сил хватило, а чтобы за четырехлеткой присмотреть, сноровки не хватит? – вопросительно выгибаю бровь.