Прозвучало, будто я безнадежная мечтательница, любительница строить воздушные замки и рисовать в воображении идеальные сцены. Но почему я не могу быть такой? Неужели не заслуживаю нормального к себе отношения?
— Ты права, на самом деле, — вздохнул Жданов, устало потирая лицо руками. — Не подумал, сплоховал. Даш, честно, я так заманался. Последние события перевернули мою жизнь с ног на голову. Сын, наши приключения, разбирательства с семьей Костаса, покупка нового дома, постоянные звонки с работы, тонна дел.
Я как будто вписал предложение руки и сердца в расписание, каюсь, и поставил галочку «выполнено». И я совсем не романтик. А ты, Даш, ты заслуживаешь самого лучшего, правда.
«Так что ж ты мне не дал этого самого лучшего?!» — возмутилась внутренне, но ничего вслух сказать не успела, лишь приоткрыла рот и осеклась, но тут к столику подошла целая орава родственников Жданова, и нам пришлось прервать тяжелую беседу. Выдохнув с облегчением, я переключилась на активную суету, когда приходится одновременно делать заказ, пытаться угомонить детей, присматривать за маленьким Данечкой, сидящим в переноске, и выдерживать бомбардировку взглядом Ждановского комбо.
«Нет, вы от меня не дождетесь, чтобы я бежала по первому зову и плясала под вашу дудку! Кем вы меня вообще считаете? — пыхтела я мысленно, старательно избегая перекрещивать взгляд с Глебом. — Только няня, только две недели, только деловые отношения», — повторяла как мантру, постепенно успокаиваясь. Как хорошо, что я не успела сболтнуть лишнего.
Или успела? У меня в голове все перемешалось, стоило Глебу сунуться ко мне с самым ужасным предложением руки и сердца в мире!
Меня вымотало сегодняшнее утро, донельзя вымотала и вывела из себя короткая перепалка между мной и Глебом, а рабочий день, как ни странно, продолжался. Оказалось, что детей нельзя поставить на паузу. Нет такой заветной кнопки, куда можно нажать, чтобы он остановил бесконечное движение и дал тебе возможность хотя бы подумать о том, что произошло.
С другой стороны, так было даже лучше. Я отвлеклась, поглощенная заботой о маленьком детском саде. По дороге домой Данечка капризничал, и в нарушение всех правил пришлось взять его на ручки, иначе все в салоне бы оглохли от его крика. Ребенок бессознательно прижимался ко мне, и это было странно, но так естественно, что он ищет тепло и утешение, хочет уткнуться в мамину грудь, но я… я ему не мама. И не должна привязываться и считать его своим.
