Выдерживала диету, опасаясь того, каким образом могли воспользоваться моим телом. Даже то, что было для меня не приемлемо, и против чего была категорично настроена."
"– А потом он вылизывает там. Извращенец. Больной извращенец, – зло усмехнулся мужчина, остановившись в полуметре от меня.
Я могла ощутить исходившее тепло от его тела. Почему? Может настолько замерзла, что тянулась к любому источнику тепла в округе. Или что-то иное влекло. Но я покачала головой. Нужно сконцентрироваться и перестать трястись от каждого слова или звука.
– Но мы все здесь такие, – спустя мгновение добавил мужчина. – Иначе это была бы не «Железная Маска». Так что снимай свои тряпки, крошка, и открывай ротик. Проверим, стоила ли ты Лимита.
Я схватила свое платьице, но не для того чтобы раздеться по первому требованию. Прозрачная преграда, отделяющая меня от мужчины. Единственное, что могло спасти. Хотя, кого я обманывала. Эта тряпка не спасала. Он все и так видел. И мои скрещенные коленки, и мою грудь, которую я тщательно прятала за руками.
Опасный, жесткий. Он внушал лишь страх, которым мужчина будет упиваться, беря меня раз за разом. Рабочий ротик? Да я в жизни не видела мужского органа вблизи от себя, а он уверен, что я лишь притворялась, чтобы повысить цену.
Мне стало противно. Вновь замутило, но я сдержалась, взглянув в его глаза. Мужчина нависал надо мной темной порочной тенью. И его руки теперь не покоились в карманах.
Он медленно расстегнул пиджак, стянул его и небрежно бросил на кровать.
Потянулся к ширинке. Брякнула застежка ремня.
– Давай, не тяни время, – прорычал мужчина, хватая меня резко за волосы и притягивая лицом к паху.
Глава 9.
Вблизи она оказалась намного лучше. И с каких пор меня начали привлекать молоденькие девушки? Она же почти ребенок. Хотя… с другой стороны мне все равно. Она готова была продать свое тело, даже такому старику как Парнасский. И только чудо в моем лице уберегло ее от унижения, которое доставлял старик другим девочкам.
Чудо? Какое идиотское слово.
Я точно не ее ангел-хранитель, спасающий от монстра. Я сам не лучше, но не стоит ее так сильно пугать. Хватит и красноречивого рассказа о старике. Уверен, ее либо стошнит, либо рухнет на пол в обмороке. Я бы посмеялся, обходя обездвиженное тело, и дожидался бы, когда она придет в чувства. Но девушка устояла.
Я видел, как менялось ее лицо. Страх, отвращение, ужас.
