Незнакомец под луной

– Ни один человек в Нью-Йорке не сказал бы такого, – усмехнулся Трэвис.

– Полагаю, что нет. Ты унаследовал не только мой, но и отцовский характер. И что ты собираешься делать сейчас?

– Джо все устроил так, что я проведу этот уикэнд с Ким. Я буду в соседнем номере, а она скорее всего в одном номере со своем парнем. Но все же… я буду рядом.

– Он мне сказал, – улыбнулась мать. Она впервые видела сына таким, и на сердце было легко.

– Сказал? И какие еще мои секреты выболтал этот назойливый старикашка, который так любит совать нос в чужие дела?

Люси покачала головой.

С тех пор как эти двое встретились, Джо только и говорил, что о Трэвисе. Что Трэвис сказал, о чем тревожится, как сильно любит Ким. Предложения Трэвиса, касавшиеся метизного магазина. Он повторял Люси каждое сказанное Трэвисом слово.

– Видела бы ты его с Ким! – твердил Джо, когда зашел к ней после ленча. – Бедняга не сводил с нее глаз.

– А она? – спрашивала Люси. – Что думает Ким о моем… о Трэвисе?

Если Джо и услышал, как она проговорилась, то ничего не сказал.

– Ведет себя так, будто не обращает на него внимания. Но ловит каждое его движение. Когда я предложил ей взять Трэвиса с собой в Мэриленд, ее лицо осветилось, как новогодняя гирлянда.

– Джо ты очень нравишься, – сказала она вслух.

– А по нему не скажешь, – заметил Трэвис, улыбаясь. – Если верить Джо Лейтону, любой мужчина, не умеющий правильно держать ножовку, не слишком многого стоит. Я назвался адвокатом, и знаешь, что он ответил?

Люси слышала эту историю от Джо, но интересно, что скажет сын?

Сейчас Трэвис посмеивался, держа газету перед собой, вспоминая проведенный с матерью вечер.

Ее доброту, чувство юмора, доброжелательность, нежность. Он был рад, что не пришлось еще раз выносить взрыв ее гнева.

Теперь он убедился, что эта новая Люси способна бороться с Рэндаллом Максвеллом в зале суда.

Этим вечером, когда Трэвис вернулся домой – он уже считал, что дом там, где Ким, – она как раз собиралась бросить в микроволновку пару замороженных обедов.

Когда Трэвис учился в школе, проводил летние каникулы на частных яхтах. Как-то, к его ужасу, его назначили поваром. А он даже воду вскипятить не умел.

Он положил обеды обратно в морозилку и посмотрел, что еще там лежит, одновременно продолжая рассказ:

– И вот он я, не умеющий отличить яйцо от арбуза, хотя мне предстояло целых шесть недель трижды в день готовить еду для богатого старика и его молодой жены.

Ким захрустела очищенной им морковкой.