Няня для военного

Скорее всего из-за того Ашота, который отказывался брать деньги, крича о братских законах. Как Юлия с ним вообще связалась? Упёртый как баран, вот и выбесил меня немного.

Даже есть не стал дальше, потому что от мужчины всё оказалось невкусным.

Зато потом настроение немного поднялось, потому что научил Разумовскую стрелять. Она радовалась как ребёнок, что невольно её настроение передалось и мне. Не каждый день молодая девица прыгает на шею почти сорокалетнему мужчине, радуясь таким мелочам.

И день бы оставался таким же нормальным, если бы не одно большое «НО» в виде моей бывшей жены.

И сидя в кабинете, разгребая всю работу, чтобы вечером спокойно отдохнуть с детьми и Юлией, дверь без стука открылась, и я поднял взгляд, намереваясь увидеть свою няню. Кто ещё будет вмешиваться в рабочий процесс, если не она?

Но оказалось, Маша тоже страдала этой дурной привычкой.

Стоило только увидеть её игриво улыбающейся, нахмурился.

Осмотрел с головы до ног, рассматривая её боевой наряд. А она не сдаётся, даже после того, как она поцеловала меня, а я прервал её, отодвигая от себя на несколько шагов. Упорная, что с неё взять. Всегда такой была.

Даже сейчас подготовилась, надевая короткое красное платье, из-под которого был виден кружевной лиф. Играет по грязному, потому что знает – красивое бельё я люблю. А вот красный нет, и она, видимо, забыла за эти годы жизни врозь.

Невольно вспомнил красное нижнее бельё Юлии и чуть не рассмеялся. Поза, в которую она приземлилась, до сих пор стояла у меня перед глазами.

– Привет, – улыбнувшись, женщина прошла к моему столу, садясь на мои бумаги своей пятой точкой. Так и скажу Вихрееву, что на его прошении об отпуске жизнь села попой, и ничего ему не светит. – Работаешь?

– Как видишь, – отвечаю скупо, отодвигая бумаги в сторону. – Но уже нет, что хотела?

– Как грубо, – насупилась, рассчитывая, что я сейчас же извинюсь перед ней.

– С чего бы это? – хмурюсь, начиная раздражаться. Женщина, успокойся, ничего больше не будет.

Понял, что разлюбил окончательно, когда она поцеловала меня. Раньше этот невинный детский поцелуй возбуждал, радовал и приводил в восторг, от того, что эта девчушка – моя. А когда ничего не почувствовал, понял – перегорело.