Няня для военного

Она наклоняется, чтобы сказать мне что-то, но в этот момент мы оба слышим звук открываемой двери и устремляем взгляд на проход.

Там стоит Разумовская, держа в руках тарелку. На ней всё та же белая рубашка, но вместо чёрной юбки белые штаны. Жаль-жаль, та юбка была то, что надо.

Видя нас, она теряется, а потом ойкает, рассматривая нас. Лицо её растерянное, обеспокоенное. И если залетала она с улыбкой, то теперь она полностью исчезла с лица.

Испугавшись, она развернулась и убежала, мелькая своей задницей с двумя маленькими ладошками на ягодицах.

Увидев это, чуть не рассмеялся, но выдержал, поэтому только улыбнулся, провожая няню взглядом. Да-а, боевое крещение прошла.

– Генеральский! – воскликнула Маша, привлекая моё внимание. Поднимаю на неё взгляд и понимаю, что надо бы снова стать серьёзным, но я не могу. Потому что эта картинка застряла в голове, заставляя меня улыбаться как дурака. – Ты что, на няню свою глаз положил?

– Что? – непонимающе спрашиваю, а затем сдвигаю вместе брови. С чего это она взяла?

– Что-что! – воскликнула.

– Да ты улыбаешься! Вспомни, чтобы ты хоть кому-то улыбался, кроме меня. И то, от тебя этого фиг дождёшься.

– А почему бы и нет? – спросил её, играя против неё. Пусть думает, что Разумовская мне нравится, может, тогда отстанет. – Она весёлая, с ней не заскучаешь.

– Да ну, она же скучная, – выносит вердикт жена, и я чуть не прыскаю от смеха. Серьёзно?

– Мы сейчас об одном и том же человеке говорим? – вспоминаю все моменты с Разумовской и назвать её скучной – последнее, что приходит в голову.

Ей, наоборот, не хватает серьёзности. Повзрослеть бы немного. – В общем, Маш, давай не будем ссориться и останемся друзьями. Вот, правда, нет у меня никого желания обратно сходиться. С детьми видься, но в семью вернуться не рассчитывай. Настроишь детей против меня – тебе хуже будет.

– Са-аш, – протянула бывшая. Почему я опять раздражаться начал? – Ты подумай хорошенько. Детям нужна мать.

С этими словами она встала со стола, одёргивая платье вниз.

Самой от себя противно, но делает всё, лишь бы меня смиловать. Не выйдет. Один раз предала – предаст и второй раз.

– Об этом и речи быть не может, – твёрдо отвечаю, не сомневаясь в своих словах. Встаю с кресла и холодно проговариваю бывшей, чтобы она, наконец, поняла, что я к ней чувствую. – Я пойду к детям. А тебе советую вернуться домой и переодеться, выглядишь как девочка лёгкого поведения. Хорошего дня тебе.

Сказав эти слова, выхожу из кабинета.