Это такой голос! Такой невероятный вокал, исполнение настолько профессиональное, словно в итальянской опере сидели! У нас зал отдельный был, так туда битком люди набились, аплодировали ей как на настоящем концерте. Она пела и пела, я ушам своим не верил! Нет, у нее и так голос приятный и звонкий — многие клиенты хвалят. Но такого я не ожидал, да и никто не ожидал! Так это ж не все еще, Вить!
— Ее пригласили петь в Ла Скала? — подначил приятеля Виктор.
— Именно! — удовлетворенно кивнул Генка. — В аккурат на следующий день к нам в контору заявился резвый такой старичок — директор филармонии.
И предложил Ангелине стать звездой. Сольные выступления в Ла Скала сулил. Только Ангелина наша от него шарахнулась, как черт от ладана, а потом у нее вообще истерика началась. Старик был в шоке, такой талантище пропадает! Час ее уговаривал, а она ни в какую.
— И почему? — Виктора история заинтересовала.
— А в том и дело, что никакого «потом» уже не было, Витя. — Генка вздохнул. — Она больше никогда не пела на людях.
Концерт, к которому она так готовилась, для нее не состоялся. Руководитель хора на коленях ее умолял спеть, мать требовала, узнав положение дел. Но — все! Ангелина никогда больше не пела. Дома стоит караоке, и за эти годы она сама себе поставила голос, выучила итальянский и пела для себя, просто не могла не петь, но на людях — никогда. Вот так одна фраза родителей, сказанная в момент раздражения, может сломать ребенка и перечеркнуть его жизнь, которая в ином случае сложилась бы гораздо ярче и лучше.
Но фраза сказана, и жизнь человека пошла совсем по другому пути. Ну, сейчас она обещала подумать. Старик ходит к ней домой — он сидит в ванной, а она поет, вроде как в одиночестве… Потом разбирают по нотам, но дело это, похоже, весьма непростое для нее даже на таких условиях. Так что будет ли с этих певческих пряток толк, пока неизвестно.
— Я думаю, Никита Радецкий ничего не знает о своей бывшей жене. — Генка пожал плечами. — Не понимаю я этого, Вить. Когда я положил на Машку глаз, то сунул нос во все, что ее касалось.
Я хотел знать о ней абсолютно все, и не потому, что взвешивал, стоит ли связываться, а потому, что влюбился. Ее проблемы стали напрямую касаться и меня, хотя она этого и не знала еще! Я бы принял ее, даже если бы она оказалась в прошлом уголовницей или наркоманкой, да и в настоящем тоже. Мы бы все преодолели, раз уж это моя женщина. А тут — ничего, ноль, и его это устроило.
— Ну, бывает и так, наверное.
— Бывает, — кивнул Генка.
