Ничего не возьму с собой

Ну, а что она хотела? Это же полицейский, а не учитель хороших манер. И она, запинаясь, пытается описать Виктору свои впечатления от фотографии.

— Вы понимаете, что она могла мне солгать? — Аня сердится, но сама не понимает на кого. — Ведь если бы у Игоря была какая-то переписка или общение, это бы обнаружилось? Ведь вы изъяли его девайсы?

— Именно. — Виктор вздохнул, вспомнив, как они это обсуждали с Бережным. — Ничего не было. Вот это меня и тормозило. А ответ-то, возможно, вот он. Игорь с сестрой нормально общался?

— Да.

У нее же совсем не было друзей, Игорь говорил, что она очень одинока. И он постоянно рассказывал ей о нашей работе, о том, что и как в магазине. Влада очень интересовалась и даже хотела попытаться поработать у нас. Но вот как раз насчет этого Игорь был против, он считал, это неудобно.

— Ясно. Ладно, Ань, спасибо. Ты там посмотри еще, если что-то обнаружишь еще, звони в любое время.

Аня отложила телефон и снова стала листать фотографии, стараясь не смотреть на гроб с телом Игоря.

Но мысли возвращались к той фотографии, и она снова вывела ее на экран.

Как много можно сказать о людях, просто посмотрев мгновенный снимок, где они не думают, что кто-то их снимает. И ее мать выглядит фальшивой насквозь, и мать Игоря тут просто глупая и пустая кукла, и отец Игоря — слабый зависимый подкаблучник. Игорь и Влада похожи на него, но он обычный средний мужик, внешне вполне нормальный, без ужасных рубцов на лице, и почему, например, Влада оказалась такой дурнушкой, непонятно.

Ане всегда было неприятно смотреть на нее, и она ругала себя за это и всегда, когда ей приходилось общаться с сестрой Игоря, была с ней подчеркнуто вежливой и доброжелательной, но внутри просто содрогалась от отвращения.

Видимо, подсознательно она чувствовала, что с Владой что-то не так.

Аня прислушалась — Никита спал, тишина была абсолютной, такой тишины обычно не бывает в городе, но за окном сгустился туман, и звуки внешнего мира исчезли.

Аня думает о том, что скоро зима и Новый год, а что дальше, она не знает.

Но знает одно: за Никиту она поборется. Это именно ее человек. Пусть непростой, пусть временами непонятный, но это человек, который не бросит ее в беде и с которым у нее будет настоящая жизнь, а не витрина напоказ.

Зазвонил телефон, и Аня видит незнакомый номер.

— Анна? — Женский голос, очень деловитый. — Я звоню вам из отделения хирургии, вы оставляли номер.