Никогда не отступай

Только тут Ганс обратил внимание на флаг этого полка — это был старина 5-й Суздальский, тот самый, которым некогда командовал Готорн.

— Горнист! Мне нужен горнист!

Рядом с Гансом мигом возник юноша с черным от порохового дыма лицом.

— Труби сигнал «стой»!

Звук горна был тут же подхвачен всеми горнистами корпуса. Ганс встал в стременах, надеясь, что в этот момент его видят все командиры дивизий и бригад. Вскинув вверх карабин, он указал в сторону 7-го корпуса.

— Ускоренным шагом марш! — проревел Ганс.

Каре, продвигавшееся на юго-запад, развернулось и направилось на помощь своим попавшим в трудное положение друзьям на востоке.

Ганс хотел сначала отдать команду «бегом марш», но быстро понял, что в этом случае стройность рядов каре сразу нарушится. Хотя они только что сокрушили целый умен бантагов, на западе оставалось еще немало всадников, которые могли причинить им уйму хлопот.

«Мы доберемся до Седьмого в лучшем случае минут через пять», — пронеслось в голове Ганса. Досадуя на медлительность наступления, он следил за тем, как бойцы из 5-го Суздальского бегом сокращают расстояние до корпуса Уотли, время от времени останавливаясь, чтобы сделать залп по все еще укрывавшимся в овраге бантагам.

Орудийные расчеты 8-го корпуса вновь водрузили пушки на передки и под прикрытием своего авангарда помчались в направлении каре Ганса, в то время как основная часть 8-го в прежнем темпе продвигалась на выручку 7-му корпусу.

Стиснув зубы, Ганс смотрел, как выскочившие из оврага бантаги прорвали передние ряды корпуса Уотли.

Фланги истерзанного каре попятились к центру, отчаянно пытаясь восстановить начальный боевой порядок.

Рявкнули пушки, и бантаги посыпались обратно в овраг.

— Вот это дело! — завопил Ганс. — Давайте, парни, мочите их из пушек!

Очевидно, Уотли расположил все пять своих батарей в центре каре. Теперь они залповым огнем поливали авангард бантагов, вынуждая тех замедлить атаку.

5-й Суздальский находился уже менее чем в сотне ярдов от бантагских позиций, и солдаты орды начали в спешке выбираться из оврага, грозившего превратиться для них в братскую могилу.

К немалому удивлению Ганса, артиллеристам удалось поднять по противоположному склону оврага спущенное несколькими минутами ранее вниз орудие, и теперь они нещадно погоняли упряжку лошадей, также спешно переправленных на ту сторону лощины. Орудийный расчет догнал солдат 5-го Суздальского, мигом сдернул пушку с передка и начал с тыла расстреливать картечью бестолково мечущихся бантагов.