Никогда не отступай

 — Расплавится ли эта сталь или разлетится твердыми осколками, тех, кто окажется в машине, просто разорвет на куски.

— В этом-то весь смысл, разве не так? — проворчал Калин.

— В общем, да, — согласился Винсент.

— Кстати, у нас появились новые сведения, — сообщил ему президент. — Только что пришли по телеграфу.

— Что случилось? — с тревогой спросил Винсент. Каждая минута, проведенная вдали от фронта, казалась ему часом, и Винсента бросало в дрожь при мысли о том, что Марк может решиться на прорыв, не дождавшись его возвращения с резервными частями и десятком броневиков.

— Это новости о Гансе.

— Ганс не движется на север. Этим утром к Марку пробился один из его гонцов. В нем было две бантагские стрелы, и он умер через несколько минут после того, как передал сообщение. Ганс пробивается на юг к предгорьям хребта Зеленых гор и побережью Внутреннего моря. Он собирается захватить Тир.

Винсент ошеломленно уставился на Калина, не веря своим ушам:

— Это добавит нам целую кучу проблем, — устало вздохнул Калин.

— Чтоб их черти взяли, они же должны сражаться бок о бок с нами!

— Я понимаю проблемы Гамилькара. Мерки с одного фланга, бантаги с другого.

— Мы находимся в точно таком же положении.

— У нас есть что противопоставить орде, а у Карфагена нет. Если Гамилькар не объявит нам войну в связи с походом Ганса, мерки или бантаги захватят его страну.

— Ну и дьявол с ними! Ганс поступил совершенно правильно, — заявил Винсент, довольно улыбаясь.

— Я буду держать эту информацию в тайне от карфагенского посла. Надеюсь, мы успеем приготовиться к эвакуации армии Ганса до того, как карфагеняне обо всем узнают.

— Еще одна морская операция по спасению Ганса?

— Похоже, что так. Я уже послал за Буллфинчем, чтобы разработать план этой операции.

Винсент покачал головой и вдруг расхохотался:

— Ганс в своем репертуаре! Как я раньше об этом не догадался? Я боялся, что его оттеснят на север.

Возможно, мне удастся прорваться к Эндрю и Пэту, но даже тогда Гаарк поймал бы Ганса в мышеловку. Теперь же все видится совсем в ином свете. Калин растерянно посмотрел на него.

— Я счел это безумием, — выдавил он.

— Это гениальное решение, отец, поистине гениальное, — возразил Винсент, забыв в своем возбуждении о дипломатичном «сэр».