Никогда не верь пирату

Даньелл прижала записку к груди и огляделась. Все кончено? Так скоро? Кажется, она только вчера прибыла в этот дом. Она так не хотела понимать, что больше не встретится с миссис Хаклберри! Не хотела лишаться общества леди Дафны. Не хотела сознавать, что больше не будет разговоров с Мэри… и Кейдом. И это самое худшее. Ей будет жаль, что не удалось потанцевать с Кейдом в полночь.

Кейд ожидал в пустой библиотеке. Почти полночь. Где Даньелл? Неужели решила, что приходить не имеет смысла? Убедила себя, что он шутит?

Он мерил шагами комнату.

Ничего, он подождет. Постепенно он осознал, что она что-то значит для него. Их разговоры, вопросы, которые она задавала. И тот поцелуй в экипаже. Невероятный. Какая неудача, что вскоре появилась Аманда. Он видел оскорбленное, обвиняющее выражение лица Даньелл, когда та поняла, что Аманда – не просто обычная знакомая.

Он поспешил отделаться от этой особы, вернулся к Даньелл и воспрянул духом, когда она позволила ему заплатить за духи. Раньше он не испытывал ничего подобного, этого желания угодить женщине… вне постели.

Если не считать матери.

Он признался Даньелл, что был раздражен на мать. И это удивительно. За короткое время их знакомства он рассказал ей больше, чем кому бы то ни было. А ведь он даже не переспал с Даньелл! Мать была причиной, по которой Кейд ушел из дома. Он больше не мог видеть, как она в страхе пресмыкается перед отцом. Устал уговаривать ее бросить мужа. Устал пытаться защищать ее от человека вдвое больше и сильнее его каждый раз, когда он набрасывался на жену.

Наконец он ушел. Оставил Рейфа справляться с ситуацией в доме. Одного. Он считал это худшим поступком в своей жизни. А учитывая, что он был человеком, который крал, лгал и дрался с бесчисленным количеством людей, это о чем-то говорило. Возвращение в Лондон было единственным шансом совершить по отношению к брату другой поступок. Справедливый. И он сделает это, даже если больше ничего не сможет предпринять.

Однако встречи с Даньелл он не ожидал. Она пробудила в нем чувства… неиспытанные доселе чувства.

Какой-то частью сознания он понимал, что лучше бежать, покинуть Лондон и больше не оглядываться. Бежать получалось у него лучше всего.

Другая часть сознания требовала остаться, пустить корни, снова поцеловать Даньелл. Потанцевать с ней.

Подойдя к окну, он посмотрел на темный сад. И тут же взглянул на часы. Черт бы все это побрал! Даньелл не придет, а он дурак, что ждет ее!

Кейд подошел к письменному столу, выдвинул ящик и вынул лист бумаги.