Никогда с тобой

— Ударишь? Так идем! Там ринг простаивает, как раз отходили кардио.

Ким мотает головой, словно разочарован, а мне, сука, похуй. Мне хочется помахать кулаками и снять охватившее все тело напряжение. Пульс продолжает грохотать, как ненормальный, стоит подумать о том, что после туннеля Соня пошла целовать Кима. Покрывала ненавистные прикосновения теми, что нравятся, от которых течет. Сука… по венам уже не кровь течет, а зудящая необъяснимая смесь, толкающая на безумие.

Ким идет следом за мной. Соглашается на спарринг, хотя мы этим занимаемся редко.

Чаще я выхожу с Само. Изредка присоединяется Фил, но они усердно готовятся к пересдаче. Их завалили по нескольким предметам, так что им не до зала и спаррингов. Выходим вместе, заранее подготовившись и надев перчатки. Тренер смотрит на нас косо. Мы не планировали сегодня занятие и не просим его присмотреть.

— Если хотите подраться – на выход! — выдает, когда мы расходимся по обе стороны и встаем друг напротив друга.

— Какая драка? — хмыкает Ким. — Мы же друзья.

Лучшие. Да, Тан?

— Ага, — бурчу себе под нос.

Напоминаю, что нельзя драться. Здесь камеры, и тренер присматривает. Включается в спарринг, хоть его и не просили. Начинает отдавать команды, и мы им следуем.

— Левее! — выкрикивает. — Работай правой.

Естественно, все команды отдает мне, потому что я у него – индивидуальный ученик. Хожу на тренировки давно, хоть и не собираюсь заниматься боксом профессионально. Пять лет назад попал в этот зал, и мне понравилось, что здесь все на одном месте – и кардио, и железо, и вот такие тренировки.

Под рукой. Ну и от отца тогда хотел защищаться. Должен был стать сильнее, чтобы отстоять себя.

— Соберись! — кричит тренер, когда я пропускаю удар.

Пропускаю, мать его, Киму, который боксом занимается третий раз в жизни. Он не очень любит такой спорт и спаррингов избегает. Да и весовая категория у нас разная. А я пропускаю. Начинаю наступление, собираюсь и делаю выпады. Один, второй, третий. Удар за ударом отправляю Кима к канатам.

Расходимся, хотя хочется дальше. Тренер смотрит – нельзя.

В очередной раз припираю Кима к канатам, но не останавливаюсь, машу кулаками, ловя в ответ только мастерски выставленные блоки. Меня охватывает злость. Неконтролируемая ярость волной поднимается изнутри. Я ею почти ослеплен, поэтому допускаю ошибки. Промахи в технике и скорости. Тренер всегда говорил – на ринг нужно выходить с холодной головой. Оставлять все эмоции за пределами и жить техникой.