Никто, кроме нас!

Участковый нудно рассказывал, как в соседней деревне гарнизон отравился самогонкой – поголовно всех пробрал дикий понос, трое померли от обезвоживания, а тем временем кто-то спи…дил тридцать шесть единиц стрелкового оружия и дерьмом написал на стене кунга оскорбительные для демократии и толерантности слова… Около бывшего правления, где висел ооновский флаг, телега тормознула, и все, включая участкового, стали деловито разгружать из-под сена пластиковые упаковки натовских сухпайков. Их гора росла на травке зашуганного газончика, из которого еще торчали остатки стенда с результатами соцсоревнования 1985 года.

Сверху бухнулись какие-то свертки. Участковый свистнул проходившим по улице двум пацанам лет десяти-двенадцати – они явно направлялись на рыбалку, в последнее время превратившуюся из развлечения в насущную необходимость:

– Ну-к, пробегитесь по улицам, постучите в окна, скажите – собрание, кто не придет – расстреляют…

Мальчишки дунули по улице в разные стороны. Участковый закурил.

Дед, убедившись, что все разгружено, звонко щелкнул вожжами и, не прощаясь, поехал дальше…

…Пайки раздавали по две штуки на человека местным, по пять – беженцам, ютившимся кто где. Участковый деловито принес список и предупредил всех:

– Все видели, что меня зверски били… – и со всей дури хрястнулся физией о стену правления – в толпе охнули. Размазав по лицу кровь и закапав погуще форму, он заявил: – И чтоб без очереди не лезли и по два раза не подходили, я вам не партизан, все ваши хари знаю наизусть…

– …когда просплюсь – даже по фамилиям помню! – сказал кто-то.

Толпа посмеялась добродушно. Участковый махнул рукой:

– Выкликаю – подходите!

– Это от кого? – поинтересовались вновь из толпы.

– Не от НАТО и не от ООН, – сказал один из приехавших мужиков, по выправке – офицер.

– От них дождешься, – согласились с дальнего края.

Какая-то женщина уточнила:

– А вот скажите, они объявление делали, чтоб детей привели на вакцинацию в субботу, фельшпункт даже откроют – это как?

– Не водить и не давать, – ответил офицер.

 – Что там колют – мы не знаем, но подумайте – с какого добра им что хорошее колоть?

– А если забирать начнут? – раздался еще один женский голос. – В Малиновке прямо с улицы похватали три дня назад, человек двадцать увезли.

– А ты не будь дурой и не отдавай, – отрезал офицер. – Да, мужики, к этому вопросу! Вот тут у нас десять «Эм шестнадцать», магазины, патроны. Дерьмо, но все-таки.