Лишь выбежав из дома и увидев в черном небе следы белых «фосфорных» снарядов, он окончательно все вспомнил:
– Куда мы бежим?
– Вон в том доме большой подвал, там все кто тут еще живет прячутся, – Лариса направлялась к старой толстостенной трехэтажке, сталинской постройки."
"Обстреливали, видимо, какой-то конкретный объект. Снаряды, оставляя характерные следы в ночном небе, с воем неслись над поселком и взрывались где-то километрах в трех-четырех за ним. Только то уже были не фосфорные снаряды, а кассетные. Эти различия Леониду поведал Крест, еще на базе, когда они однажды также стали свидетелями ночного обстрела.
Кассетные снаряды разрывались в небе в виде вспышки, похожей на салют, после чего помещенные в нем поражающие элементы разлетались, накрывая большие площади, поражая все, что там внизу.
Подвал дома, построенного в сороковых годах, специально для шахтерского начальства… Так вот, подвал был разделен на секции, где жильцы хранили дрова для титана, консервированную продукцию домашнего приготовления и т.
д. Сейчас все эти помещения освободили и на их месте соорудили лежаки и скамейки. Сюда, под толстые бетонные перекрытия во время обстрелов сбегались не только жители этого дома, но и остававшиеся на месте обитатели близлежащих частных домов. Некоторые прибежали сюда со своими домашними животными… В общем, запах здесь стоял… Электричество отключилось, в подвале темно, тесно, смрадно. Испуганно лаяли собаки, жалобно блеяла чья-то коза, кто-то кому-то наступил на ногу, слышалась негромкая матерная ругань…
Обстрел прекратился где-то минут через сорок и все так же быстро покинули зловонное бомбоубежище, как в него спешили.
Едва добравшись до постели, Леонид мгновенно забылся мертвым сном, и проспал бы, наверное, до обеда, если бы его не разбудили на завтрак… За завтраком Лариса рассказала, почему не смогла сообщит про смерть бабушки:
– Когда маму домой принесли, с ней не было мобильника. То ли по дороге выпал, то ли украли. А номер твоей мамы только у нее в мобильнике был.
Так, что я не могла вам позвонить…
Отдохнув и подкрепившись, Леонид, наконец, обрел способность полноценно воспринимать окружающий мир. Он начал расспрашивать Ларису о местном житье-бытье:
– И что это у вас каждую ночь вот так?
– Не каждую, но часто. Особенно в последнее время, совсем житья не стало. От мамы кое-какие деньги остались. Как кончатся, не знаю, что делать буду.
– Погоди, ты же, я помню, училась где-то?
– Да, в Красном Луче, в колледже.
