— Почему не на уроке? — не дойдя до нас пары метров, строго спросила она.
— Тренер на перемене задержал, — не теряется Иван. Нагло врет, глядя на нее сверху вниз.
— Бегом на урок! А ты? — переводит на меня взгляд.
— Я пришла за документами, — выпалила, растерявшись.
— За документами? Кто тебе их отдаст? — ее возмущенно-пренебрежительный тон ужасно бесит, словно с тупицей разговаривает.
— Мама вчера разговаривала с директором, он сказал подойти, забрать, — лепечу неуверенно. Надеюсь, я не зря приехала, вдруг мама неправильно поняла директора.
В некоторых школах ей удавалось договориться по телефону, чтобы документы отдали на руки мне, потому что иногда отпроситься можно было только в выходной день, но школа в выходные дни не работала.
— Наверное, твоей матери сказал, а не тебе. Бегаешь из школы в школу, куда только служба опеки смотрит? Переезжаешь опять? — смотрит на меня поверх оправы очков, которые сползли на кончик тонкого носа. — По какой причине на этот раз? — с резко возникшей подозрительностью в голосе.
От ее разбирающего на атомы взгляда хотелось поежиться. Казалось, завуч готовится обвинить меня в преступлении. То ли я во всем видела подвох, то ли Олимпиада Яковлевна действительно заподозрила меня в случившемся с Василисой. Глава администрации оказывал поддержку школе, естественно, все в этой школе будут на стороне Кудряшовых, а я останусь виноватой в этой истории.
— Я получила место в частной школе, — не придумав ничего лучше.
— Понятно, — поджимает губы.
— Скажи матери, пусть придет за документами, — отстукивая каблуками нервный ритм, она уходит.
Оставшись одна, я пыталась понять, как мне стоит поступить? Дождаться директора и поговорить сначала с ним или вернуться в особняк, передать разговор с завучем маме? Решаю позвонить маме. Телефон оживает в руках раньше, чем я успеваю нажать на вызов.
«Там все в порядке?»
«Мне подняться?» — присылает два сообщения подряд Ян. Устал, видимо, сидеть и ждать.
«Не надо. Директора все равно нет на месте.
Завуч сказала, чтобы за документами пришла мама, мне не отдадут», — отправляю сообщение. Самсонов читает, но ничего не отвечает. Захожу в мессенджер через каждые десять секунд в надежде, что он подскажет, что делать дальше."
"Через минуту Ян поднимается. Решительный, серьезный. Лишь внешний вид немного портит картину. На нем дорогие вещи, но это вряд ли кто-то поймет. Скорее всего, рваные колени на брендовых джинсах здесь расценят как тряпье.
