Хотелось купаться в руках Кости и говорить.
Оргазм она получила. Пришло время для разговоров.
Их взгляды встретились. Её, полный надежды, робости, веры. И его – прямой, открытый, требовательный.
Они не спешили. Ни он, ни она.
Костя дышал ровно. Его тело находилось в возбужденном состоянии, но он сдерживался. Подобная реакция полностью устраивала Нину.
Он протянул руку, помогая забраться Нине в джакузи. Она ступила в наполняющуюся воду, которая только покрыла дно. По-хорошему надо подождать минут пять хотя бы.
Но куда там. Костя последовал за ней.
- Иди ко мне.
Он уселся и притянул Нину к себе. Та не сопротивлялась, удобно устроившись на его груди.
Она в руках Кости.
- Ты в моих руках, - точно прочитав её мысли, сказал он, утыкаясь губами ей в шею.
- Это хорошо.
- Нин, я люблю тебя.
Он сказал… Хорошо стало. Легко. Очень-очень. Точно второе дыхание открылось. Или крылья за спиной прорезались, вырвались на свободу, и уже ничто не ограничивало движения Нины.
Её жизни…
- Правда? – ничего глупее в данный момент спросить она больше не могла.
Она мечтала услышать признания от Кости, и не раз. Это логично. Она не просто мечтала о них, она грезила, раз за разом проигрывая в воображении разные сценарии. И каждый раз они были счастливыми. Потому что иначе быть не могло. Потому что иначе пропадал весь смысл.
- А ты сомневаешься, глупышка? – в мужском голосе не слышалось осуждения. Напротив, только теплота и мягкость, от которой защипало в глазах.
- Не знаю, - в собственной слабости признаваться было сложно, но она больше не желала таить ничего.
В ней росла потребность не только говорить о том, что между ними сейчас, но и о том, что было в прошлом. Которое и породило это настоящее.
Родные и до боли желанные губы коснулись её плеча. Трепетно, осторожно. Они не несли похоти или страсти, хотя Нина и чувствовала, что Костя по-прежнему находится в возбужденном состоянии. Он отлично справлялся с ним, усмиряя плоть.
Пока так надо…
Хотя бы минут пять. Нет, лучше десять.
И не только для того, чтобы перевести дыхание.
А привыкнуть к тому, что крепкие мужские руки обнимают. Нежно-нежно. И ты таешь в них. И весь мир отходит на второй план. А сердце в груди бьется в ускоренном темпе, и это хорошо. Очень-очень хорошо.
- Мне хочется сказать, что плохо, раз сомневаешься, - раздалось позади и одновременно где-то рядом. Слова Кости, как и вода, окутывали Нину, погружая в сладкое марево. – Только я сам, черт побери, балансирую на грани.
