И сейчас та ей нашептывала, что Корицкому что-то не нравится. Что у того, скорее, в голове не складывается правдоподобная картина. Что происходит диссонанс, на который Нина в глубине души и рассчитывала.
- За чистоту. Разве она сейчас не в цене? – упрямо отозвалась девушка, снова проводя пальцами по ширинке.
Господи… Ей кажется или член Константина ещё увеличился в размерах? Такое возможно? Серьезно?
Мужчина усмехнулся.
- Я заплачу обозначенную цену. Но ты же знаешь, что обманывать не хорошо?
Вторая капелька испарины выступила между лопаток.
- Знаю.
Ей ли не знать…
Она мысленно ещё раз поблагодарила Арса. Документы той, которой она сейчас была, подчищали ни один месяц. Создавали образ с нуля. Если, конечно, спецы Корицкого зададутся целью и будут копать основательно, правда выплывет наружу мгновенно. Но кто будет тщательно копать, изучая биографию начинающей эскортницы? Кому это интересно?"
"И пятьдесят тысяч для Корицкого небольшая сумма.
Тут было иное…
И она знала, что.
Тот самый диссонанс.
Она решилась и сжала пах. Чуть-чуть, совсем немного, несильно, как бы сделала, если стояла на коленях перед тем, кого безумно любила. И впереди у них была первая брачная ночь…
Иллюзия часто спасает людей. Так им кажется. В это они верят. И заблуждаются…
Мужчина резко втянул в себя воздух. Как-то зло, порывисто.
После чего протянул руку и взял Нину за подбородок.
- Посмотри на меня, - потребовал он.
У Нины дрогнули ноги. Только бы позорно не распластаться перед ним ниц.
Она выполнила его требование. В её глазах находились линзы с зеленым оттенком. Настоящие глаза Нины Коваль холодно-серого насыщенного цвета.
Она не ошиблась. Константин просканировал её лицо, отмечая всё. Нине с трудом удалось подавить истерический смешок. Если бы она не знала правды… И многого другого.
У самого Корицкого лицо не смягчилось ни на йоту. Всё такое же суровое. Нине хотелось рассмотреть его так же открыто и без стеснения. Хотелось подушечками пальцев провести по губам, скулам, очертить брови и нос.
Хотелось… Много чего сделать.
Но пока происходило совершенно другое.
Его палец прошелся по её подбородку. Без намёка на ласку или любовную прелюдию.
После чего мужская рука скользнула дальше, к затылку, собрала попавшиеся на пути волосы и немного оттянула назад. У Нины вскрик застрял где-то в груди, взорвался там ярким фейерверком.
Ей пришлось напомнить себе, что перед ней взрослый мужчина.
