Его руки жадно сминали её плечи, опустились на спину. Он вдавливал пальцы в её кожу, оставляя следы. Она не была против… Пусть… Пусть заклеймит, сделает своей.
Она вспыхнула как спичка.
Прикосновения Константина обжигали и воспламеняли. Он трогал её, изучал. Изгибы, само тело.
Его язык трахал её рот. Яростно, тонко балансируя между почти не сдерживаемой страстью и легкой болью. Нина с готовностью давала всё, что он просил.
Когда он разжал объятия и сделал шаг назад, Нина едва не застонала от разочарования. Она интуитивно потянулась вперед, не желая вновь оставаться одной.
Но, кажется, у мужчины были другие планы."
"- Константин, - поправил он девушку. Нина нахмурилась, не догоняя, о чем он. – Хорошо?
И лишь когда развернулся и направился к двери, Нина поняла, что он имел в виду. Он только что аккуратно, но четко указал на пропасть между ними. Чтобы она не обольщалась…
Нина заморгала. Облизнула губы. Выдохнула, собирая самообладание в кулак.
Константин так Константин.
Он больше не обернулся, ничего не сказал.
Открыл дверь и вышел, оставив девушку в недоумении от произошедшего.
Всю оставшуюся ночь она проворочалась. Несколько раз вставала, порываясь выйти из спальни и высказать Корицкому всё, что она думает лично о нем, об их договоре и его гостеприимстве.
Пришлось снова себя успокаивать.
Нину происходящее начинало подбешивать. Плюс, у неё не оставалось времени. Ей пора домой.
Утро позитивных эмоций не принесло. Константин Корицкий снова улетел.
- Да ты издеваешься? – возмутилась Нина, глядя на то, как волны ударяются о яхту, поднимая белую пену.
Наиля к ней подошла через час.
- Олеся, Константин Владимирович будет к вечеру. Распорядился ужин накрывать и на него.
Нина мысленно подумала, что хоть что-то.
Как выяснилось вечером – рано она радовалась.
Корицкий не прилетел.
Разочарование Нины достигло апогея.
Всё. Достаточно. Утром она улетает.
Решено.
Девушка ложилась спать с тяжелым сердцем.
Вот и познакомились поближе, любимый…
На этот раз она проснулась не от ощущения чужого присутствия.
От прикосновения…
Собственнического и очень жаркого.
Нина испугалась, забрыкалась, выныривая из беспокойного сна, не понимая, где продолжение сновидений и где реальность.
- Тихо-о, чего ты испугалась, - голос, который она могла узнать из тысячи мгновенно ворвался в сознание девушки.
Корицкий…
Всё-таки прилетел. Ночью. И сразу к ней получается?
- Ты…
Она заморгала, пытаясь сфокусировать зрение. Но куда там. Ей попросту не дали.
