Ниочёма - 4

Зато если игра удастся, Львов будет ползать у него под ногами, молить о пощаде хотя бы для последнего львёнка. И не получит её. И тогда нужно будет сменить герб империи. Двуглавая змея? Фи, пошло. Впрочем, для этого еще будет время.

В дверь постучали. Кобрин поставил магический щит, на всякий случай приготовил атакующий конструкт и разрешил:

Дверь отворилась, и в кабинет просочился один из самых доверенных слуг.

— Новости о Песцове, господин, — с поклоном произнес он. — Появилась возможность.

Вот оно! Кобрин давно следил за этой семейкой, выискивая возможности для атаки.

Сам Песцов оказался чересчур силен. Два десятка отборных гвардейцев смахнул походя, они даже не успели сообщить о нападении. Даже верный пёс императора, этот Уссурийцев, не уцелел в схватке с ним. Но всегда можно найти способ повлиять на мерзавца косвенно. Например, умыкнуть одну из жен и потребовать в обмен на возврат в целости передать нужный актив нужному человеку. Не самому Кобрину, нет. Зачем подставляться! Кусок земель получит доверенный человек, никак не связанный с родом ни кровью, ни деньгами. А потом, когда Кобрины займут подобающее им положение, уничтожить Песцова будет легче лёгкого.

— Говори! — потребовал Глава.

Он выпрямился, развернул плечи, вновь становясь собой прежним. Тем, чьего имени было достаточно для того, чтобы вызвать дрожь в коленках не то, что у простых людей, но и у большинства родовитых.

— Одна из Песцовых на арендованной машине выдвинулась в сторону Воронежа. Сама за рулем.

Попутчиков нет, охраны нет.

— Отлично! — На лице Кобрина появилась хищная улыбка. — Используйте для начала вариант номер три.

Алёна гнала машину безо всякой жалости. Не жалела ни себя, ни тачку, ни объект своей будущей мести. Жаль, попалось ей какое-то старое ведро, которое на скорости больше ста двадцати километров в час начинало так завывать и трястись, что казалось, будто вот-вот развалится. Приходилось сдерживаться и ползти чуть быстрее сотни, иначе она рисковала вообще никуда не доехать.

То и дело её обгоняли солидные машины, и даже дешевенькие таратайки, просто новые и неизъезженные. И это добавляло злости, заставляя сильнее придавливать газ и тут же убирать ногу с педали, чтобы старая трахома не рассыпалась по дороге.

Вот мимо пролетела какая-то шикарная тачка. Не меньше двух сотен выжимает, на такой до Воронежа каких-то два-три часа езды. Но сейчас, в сумерках да по зимней дороге, две сотни — это слишком рискованно. Она бы не решилась.