Ниса. (Не)желанная жена

– Я начинаю подумывать показать тебя не только женскому врачу, а еще и мозги твои проверить.

– Свои проверь, неандерталец! – рявкаю я и, обогнав его, несусь в свою комнату.

Омар не дает захлопнуть дверь. Выставляет вперед ладонь, и, толкнув полотно, входит за мной в комнату.

– Выйди! Я буду одеваться!

– А чего ты стесняешься? Тебе ведь не было стыдно заявиться на кухню в одном белье. Голой я тебя уже видел. Больше, подозреваю, тебе скрывать нечего.

Я со злостью срываю с себя футболку и с удовлетворением наблюдаю, как челюсти Омара снова плотно сжимаются.

Он обводит мое тело взглядом, а потом возвращается к глазам. Невозможно передать словами то, что бушует в его темных омутах. Там страсть, вожделение, ярость. Между ног разливается тепло, и мне приходится немного плотнее сжать бедра, чтобы хоть чуть-чуть облегчить возбуждение, накатившее на меня горячей волной. Нельзя показывать Омару, как он на меня воздействует, иначе я лично вручу ему кнопку моего настроения.

Разворачиваюсь и иду к чемодану.

– Надень то, что в шкафу, – говорит он слегка севшим голосом, а мне приходится прикусить губу, чтобы не выдать улыбкой свой триумф.

С другой стороны, если он будет меня хотеть, есть шанс, что захочет оставить меня рядом. А это мне совсем ни к чему.

– Даже не подумаю."

"– Ниса! – рявкает он и через секунду оказывается за моей спиной. Мы оба смотрим в огромные зеркальные двери гардероба. Сжигаем друг друга взглядами, трахаем. Но не прикасаемся. Я чувствую спиной жар его тела, слышу частое дыхание, которое овевает мое обнаженное плечо.

Мое сердце разгоняется и часто-часто тарахтит о ребра. – Я знаю, что ты делаешь.

– И что же я делаю?

– Ты провоцируешь меня, – тише отвечает он, а у меня от его тона волоски на затылке становятся дыбом.

– Глупости, – хрипло отзываюсь я.

– Ты хочешь, чтобы я увез тебя в дом в пустыне. Или чтобы я трахнул тебя. Ты хочешь секса, Ниса?

Да, пожалуйста! Много-много секса!

– Нет, – отвечаю, насколько могу твердо.

– Ты останешься рядом со мной. Теперь ты моя жена.

И, пускай наш брак не освящен улемом, он все равно официальный. Так что смирись и привыкай.

– А ты не думал о том, что своим поведением вредишь ребенку? Или ты считаешь, что пока живот не вырос и на мне нет явного свидетельства, что я в положении, то и ребенок не настолько реален? Для тебя это все игра, Омар? – поворачиваюсь лицом к нему. Мы замираем всего в нескольких жалких сантиметрах друг от друга. Тяжело дышащие, переполненные жаждой, злые и нуждающиеся.