Няня из Чайноботтам

Был бы у нее хвост, она бы им непременно сейчас изо всех сил виляла.

– Я придумаю для тебя наказание после, а сейчас… Мне надо подумать. Веди себя тихо, или я запру тебя в спальне, поняла?

Карина никак не отреагировала. Вздохнув, мистер Блохх умостил шарф обратно на вешалку – повыше, чтобы она не смогла его достать – и вернулся к размышлениям.

«Дело затягивается… Согласно изначальному плану, все уже должно было закончиться, я уже должен был его получить. Была ли допущена ошибка? Или это можно назвать просто неудачным стечением обстоятельств? Нет.

И еще раз нет. Это не ошибка – как всегда, все было продумано до мелочей. И обстоятельства не при чем. Это я виноват. Наша Зверушка расшалилась, а меня не было рядом, чтобы ее образумить. Нелепо удивляться потопу, когда ты открыл кран и ушел в гости. Если бы только ситуация с Флоретт меня не отвлекла… Но даже мне не по силам быть везде и сразу. Пока я наблюдал за представлением с этими мухоловками, мой план жил своей жизнью. Без крепкой руки кукловода одна марионетка решила убежать и сыграть свою партию. А мы знаем, к чему приводит, когда куклы начинают слишком много о себе мнить: они устраивают бунт против хозяина, подговаривают других кукол, крадут ключи, открывают свои театры… Но только не в этот раз. Я вернулся вовремя и еще успею все переиграть…»

– Да, время еще есть, – тихо произнес мистер Блохх. – Его немного, но если все сделать быстро… Придется как следует поработать, чтобы все исправить. Ты ведь знаешь, Карина, что дело няни из «Чайноботтам» – ключевое, от него многое зависит, я не могу ошибиться.

Карина восприняла обращение к себе, как поощрение, – хозяин будто бы больше на нее не злился, а это значит, что можно снова попытать удачу. Она медленно подползла к вешалке и уставилась на шарф…

Консьерж преступного мира перевел задумчивый взгляд на стол, где лежал свежий выпуск газеты «Мизантрополис» (издание Старого центра).

– Он затаился. И мне это не нравится. Я до сих пор не знаю, что движет Чернильником, Карина. Ясно одно: помимо задачи, ради которой его сюда отправили, есть что-то еще.

По всем признакам, как бы странно это ни звучало в отношении данных существ, что-то личное. Я выясню, что он задумал, но мне нужно успеть закончить здесь… Треклятый Чернильник! – в сердцах воскликнул мистер Блохх. – Его прибытие ускорило мерный ход событий, колесо катится слишком быстро. И я вынужден импровизировать. Сейчас я должен заниматься вовсе не заказом Ворбурга, а собственным… – Он запнулся.