Няня из Чайноботтам

Тебе очень повезло Джаспер: назови ты ему свое имя, твое расследование мгновенно бы закончилось, и, вероятно, он тут же приволок бы тебя за шиворот домой. Ну, или взял бы в заложники и потребовал выкуп. С ним никогда неизвестно, что у него на уме».

Почти весь дальнейший рассказ доктор Доу молчал, не сводя взгляда с пребывающего без сознания и для надежности привязанного к стулу Удильщика. Злокозненный констебль Хоппер был весьма разочарован тем, что Джаспера никто, кажется, не собирался наказывать.

А мальчик тем временем поделился с дядюшкой событиями на маяке и неожиданной встречей.

На этом месте в историю с ловкостью бегемота, пытающегося влезть в кеб, вклинился и Хоппер, испугавшись, что мальчишка переврет дальнейшие события или упомянет дам, с которыми он успел свести знакомство во Фли и которых, очевидно, стеснялся.

Слушая его, доктор Доу откровенно скучал. Так могло показаться со стороны тем, кто плохо его знал. Но Джаспер знал его достаточно, чтобы понять: дядюшка с трудом сдерживает ярость от сообщения о недальновидном и смертельно опасном решении выходить в море в шторм на хлипком буксирчике в компании ненадежных личностей.

Финальная часть истории, к удивлению Джаспера, заняла очень мало времени. Больше всего доктора Доу, кажется, волновало все, что касалось мистера Блохха.

На вопрос племянника о том, что это на самом деле за гадость, которую он регулярно пьет, дядюшка отреагировал очень странно – спросил, что именно сказал ему Блохх, и затем подтвердил его слова: «Сиреневый чай – это профилактическое средство от кошмаров.

Ты же не хочешь, чтобы тебе снились кошмары, Джаспер?»

Вне всяких сомнений, доктор Доу что-то скрывал, но тайну сиреневого чая можно было отложить и на потом.

Все касаемо встречи с мистером Блоххом на мостике «Гриндиллоу», дядюшка потребовал рассказать настолько подробно, насколько это возможно.

Его лицо при этом было совершенно белым, а щека нервно подрагивала – Джаспер решил, что он просто ему завидует: еще бы, ведь не он, а его племянник столкнулся с тем, кто так долго водит их за нос. Тем не менее доктор едва ли не каждую пересказанную Джаспером реплику Блохха обмусоливал и всякий раз раздражающе уточнял: «Именно это он сказал?», «Повтори слово в слово, что он тебе на это ответил…».

Джаспер передал все в точности.