Няня из Чайноботтам

Дальняя от входа стена была вся залеплена фотокарточками, фрагментами карт, страничками отрывного календарика и картонками, исписанными рукой самого доктора. Все они были соединены красной шерстяной нитью, которая сплеталась в настоящую паутину.

Оказавшись в своей тайной комнатке, доктор первым делом открыл сундук и поставил в него банку, которую принес с собой. К еще нескольким стоявшим там до того стеклянным тюрьмам с паразитами занфанген присоединилась еще одна.

Закрыв крышку сундука, доктор повесил лампу на крючок, свисающий из-под потолка, и подошел к стене с записями.

Он быстро нашел подходящее место и прикрепил на стену фотокарточку. Улыбающаяся Лилли Эштон и старший сержант Гоббин со стертым лицом на борту парохода «Гриндиллоу».

Рядом с ней он повесил фрагмент плаката с грубо нарисованным лицом Шнырра Шнорринга. Далее свои места заняли две фотокарточки, подписанные: «Сэр Герхарт Гринвелл» и «Доктор Кеннет Роджерс». Это были те двое, что забрали Няню.

– Думали, я не узнаю ваши имена? – едва слышно произнес доктор.

Натаниэль Доу уселся в кресло напротив стены и сцепил кончики пальцев. Взгляд его привычно нашел главный узел паутины. На страничке отрывного календарика стояла дата: «17 млевна»; к ней скрепкой была присоединена метеокарточка с сообщением от Погодного ведомства: «Внимание! Объявлено Срочное Тревожное Предупреждение. Близится туманный шквал». Почти все нити сходились к этой страничке. Одна из них соединяла «17 млевна» и старую потертую фотокарточку, которая появилась на этой стене первой.

Человек во фраке, в двууголке, носатой маске и с алым шарфом. Фотокарточка была подписана: «Кукольник Гудвин. Личность № 2».

Влево от нее тянулась нить – прямиком к клочку плана Тремпл-Толл с Каштановой улицей и красным крестиком на месте дома № 24. Ползущая вправо от изображения Гудвина нить оканчивалась на газетной вырезке с заголовком «ДЕРЗКОЕ ОГРАБЛЕНИЕ «РИГСБЕРГ-БАНКА! ПОХИЩЕНО СТО ТЫСЯЧ!!! А МОЖЕТ, МИЛЛИОН?!!». Рядом располагалась этикетка с изображением плюшевого медведя и подписью «Тио-Тио».

Помимо этого, на стене было еще множество мест, дат, людей и событий.

Доктор пробежал взглядом некоторые, останавливаясь на собственных пометках: «Зачем ему Калеб Мортон?», «Куда исчез мистер Келпи?», «Мистер Лемони замешан?», «Связь с Враньим полком?»…"

"Множество вопросов – пока что без ответов.

Доктор переключил внимание на фотокарточку Лилли Эштон и старшего сержанта Гоббина.

– Невероятная интрига, – прошептал он задумчиво.