Черта. Ты. Делаешь? – чеканя каждое слово, холодно спросил он, не двигаясь с места. Проход к двери был заблокирован, и Аврора не смогла бы сбежать, даже если бы захотела.
– Я просто… просто…
– Что «просто»? – требовал он. – Просто роешься в чужих вещах?
– Прости, я просто хотела вытереть пыль. Прости.
Аврора чувствовала себя нашкодившим ребенком. Признаться, она малодушно рассчитывала, что ее самовольство останется незамеченным – Джеймс ведь должен был быть на работе.
– Не помню, чтоб нанимал тебя уборщицей.
Рассчитываешь на прибавку к жалованию? – сказано было едко, но Аврора проглотила.
– Прости.
– Ты просила меня не лезть в твою жизнь, так какого черта лезешь в мою?
– Извини, я не должна была.
– Ты няня или кто?
– Я уже извинилась! – не выдержала Аврора. Она виновата, да. Но что ее теперь тыкать в испражнения, как глупого котенка!"
"– Ты – няня, – Джеймс, очевидно, был глух к извинениям, – вот и занимайся ребенком.
– Правильно, тебе же это не надо! – в наступившей тишине ее слова прозвучали достаточно громко.
Она ведь так не думала в действительности, но будучи обиженной обидеть ближнего своего – невероятное искушение, и Аврора пошла у него на поводу.
– Что ты сказала? – угрожающе тихо переспросил Джеймс.
– Ему нужен ты, а не я!
– Это не твое дело. С сыном я сам разберусь.
– Это мое дело, я ведь няня. Может, мне, как воспитателю, нужно объяснить ему, где его отец пропадает ночами? – Всё, словесное недержание было уже не остановить.
Джеймс опять начал периодически отсутствовать вечерами, что не могло не огорчать, только сколько в этом было переживаний за Эвана, а сколько ее собственной ревности – неясно.
– Ты об этом хочешь поговорить с ребенком? – Он как-то странно посмотрел на нее и на всякий случай уточнил: – Ты в своем уме?
– Была бы в своем – ни за что бы не согласилась работать в этом доме!
– Согласилась?! – снисходительно повторил он. – Будто бы у тебя был выбор. Я решил дать тебе работу.
Аврора упрямо вздернула подбородок:
– Зато уйти я могу сама.
– До двери проводить?
– Не нужно, я знаю, где выход. – Она дернулась, но Джеймс не сдвинулся с места, полностью заслонив путь к отступлению. Он вообще поглотил кабинет, остались только его глаза, в которые Аврора смотрела, не смея моргнуть, как в смертельном поединке. Он либо отпустит ее, либо ей нужно оттолкнуть его, но Джеймс стоял так близко, что она боялась. Боялась исключительно себя.
