— Но до сих пор болит?
— Да, — неохотно ответил.
Я промолчал, потому что устал повторять одно и тоже. Марк непробиваем.
— Что мне делать, Ален? — переборов гордость, спросил спустя минуты молчания.
Я даже удивился. Приподнимая брови, посмотрел на мужа, словно у него выросла вторая голова.
Марк редко позволяет себе такое. Он же сильный, выносливый, самостоятельный, зрелый, мать твою! Попросить совет, да зачем? Открыть душу ведь стремно.
— Я испугался, понимаешь? — тем временем продолжил муж.
— Кого? Неужели эту маленькую дерзкую девочку?
— Сильную, смелую, страстную, — с полуулыбкой добавил Марк.
— Смешную, хитрую, стервозную.
— Да, она меня пугает до усрачки, — хохотнул.
— Тем, что влюблена в тебя? Или тем, что ты влюблен в нее не меньше меня? Помнится, и от меня ты бегал месяцами после моего признания, — оскалился.
— Ты ещё вспомни, как я тебе врезал после первой ночи, — закатил глаза.
— Если честно, я ожидал удара, когда начал тебя соблазнять. Твоё лицо после первого поцелуя это..
— Прекрати, я же просил не вспоминать, — застонал, откидываясь назад на кресле.
— Ты покраснел.
— Иди в жопу.
— Так значит, ты зассал? — подвел итог.
— Испугался, что все повторится. Секс, совместное проживание — это классно. Зачем говорить про чувства? Зачем все портить?
— Потому что это нормально — признаваться в любви. Ты же признаешься мне и с удовольствием слушаешь мои признания.
— Ты меня не бросишь.
— Так почему нас должна бросить Зоя? Точнее, почему она должна была бросить? Сейчас, скорее всего, бросила.
Благодаря тебе.
— Потому что они все рано или поздно хотят нормальную семью с одним мужем. Мы хороши только для секса, — поджал губы. — Поэтому чем раньше все закончить, тем лучше.
Может, ещё раз ударить?
— Блядь, да сколько же у тебя дерьма в голове! — простонал, отворачиваясь от Марка.
Лучше поработаю, чем это слушать дальше.
— Ален.
Я спокоен.
— Ты просил совет, — посмотрел на него, — мой совет прост. Собирай вещи и отправляйся домой, запишись к семейному психологу и разберись со своими страхами, паранойей, и определись, чего ты хочешь на самом деле.
А я тем временем постараюсь исправить то, что ты натворил.
Марк замолчал, обидчиво поджав губы, смотрел на свои руки, лежащие на столе."
"— Она не простит, — подвел итог.
— Тебя сейчас с такими мыслями точно не простит. А я хороший на твоем фоне, меня простит, — усмехнулся.
— Раздражаешь.
— Поверь, ты меня сейчас гораздо больше. Поднимай свой сочный зад и домой.
