Ночь наслаждений

О тайнах, которые скрывала, о том, почему утверждала, что он не знает всей правды. Какого черта она хотела этим сказать?

Неужели это ее хотят убить? Вполне вероятно, кто-то понял, что она вернется домой в его каррикле. Они пробыли в гостинице достаточно долго, чтобы кто-то успел перерезать упряжь.

Он подумал о том дне, когда она вбежала в магазин Хоуби, перепуганная, с дикими глазами. Сказала, что увидела человека, которого не хотела видеть.

И разве она не понимала, что он в силах ей помочь? Пусть Дэниел совсем недавно вернулся из изгнания, но у него высокое положение, титул и власть, достаточная для того, чтобы защитить ее и обеспечить безопасность.

Дэниел – граф. Очень многие члены общества стояли выше его по статусу. Герцоги, маркизы, члены королевской семьи. Оставалось надеяться, что Энн не нажила врага среди столь благородных аристократов.

Но когда он поднялся по ступенькам Плейнсуорт-Хауса, чтобы потребовать разговора, дворецкий сообщил, что ее нет дома.

Когда же он повторил просьбу на следующее утро, ответ был таким же.

Теперь, несколько часов спустя, он вернулся, и на этот раз тетка лично вышла в холл, чтобы повторить отказ.

– Ты должен оставить бедняжку в покое, – резко сказала она.

Дэниел был не в том настроении, чтобы слушать лекции от тети Шарлотты, так что прямо перешел к делу:

– Мне нужно поговорить с ней.

– О ради бога, тетя, я знаю, что она…

– Честно признаюсь, что она была наверху, когда ты приходил утром, – перебила леди Плейнсуорт.

– Тетя Шарлотта, – предупредил он.

– Ее нет! – Она слегка подняла подбородок. – Сегодня у нее выходной. В выходные она всегда уходит.

– Насколько я знаю. – Тетка нетерпеливо взмахнула рукой. – У нее свои дела, и… вообще…

«Вообще? Вот это заявление!»

– Прекрасно, – резко бросил Дэниел.

– Вы прогоните меня из гостиной? – спросил он, не веря ушам.

Она скрестила руки на груди:

Дэниел повторил ее жест:

– И, как это ни странно, наше родство отнюдь не способствует появлению в твоей голове здравого смысла.

Он уставился на нее.

– Это оскорбление, – уточнила она, – на случай если ты еще не понял.

– Если мисс Уинтер хоть сколько-нибудь тебе небезразлична, – надменно продолжала леди Плейнсуорт, – оставь ее в покое.