Ночь поцелуев

— О, и поэтому вы решили, что можете мне приказывать?

— Мне придется на время уйти. — Гейбриел улыбнулся. — Но известно ли тебе, что я задумал?

Кейт покачала головой.

— Не иначе как что-то дьявольское.

— Почти. Я собираюсь довести тебя до сумасшествия, — сообщил Гейбриел будничным тоном. — Буду целовать, дразнить, наслаждаться и дарить наслаждение… а потом оставлю. Но скоро вернусь и все повторю. Снова и снова.

Кейт от удивления открыла рот.

— Правда? — Странно, но в вопросе прозвучало не возмущение, а любопытство и ожидание.

Гейбриел на шаг отступил.

— Ты сказала, что хочешь отдохнуть. Что сначала — примешь ванну или вздремнешь?

Кейт обвела взглядом обширную круглую комнату. Небольшая ее часть скрывалась за портьерой, но в целом пространство оставалось единым.

— Вы хотите, чтобы я здесь уснула? — Должно быть, он не представлял, как бурлила в ее венах кровь. — Боюсь, сейчас ничего не получится.

— Понимаю, — отозвался Гейбриел так просто, словно предлагал чашку чаю.

Кейт удивленно вскинула брови. Уж не собирался ли он перед ней раздеться?

— А где же твой камердинер?

— Мой камердинер сегодня поступил в распоряжение Вика, как и твоя горничная, — ухмыльнулся Гейбриел. — Так что приходится одеваться самому. — Он начал медленно развязывать галстук.

— Помощь не нужна? — поинтересовалась Кейт, завороженная открывшейся взору золотистой кожей.

Не отводя взгляда, Гейбриел покачал головой и изменил позу. Кейт посмотрела на его ноги. Бриджи плотно облегали бедра, и она смущенно отвела глаза.

Молниеносным движением Гейбриел снял сюртук и бросил на кровать. Глазам заинтересованной зрительницы предстал жилет из полосатого тулинетта с красной каймой. Белоснежная рубашка из тонкого полотна оказалась слегка смятой, когда он небрежно вытащил ее из бриджей.

Кейт смотрела словно зачарованная, не в силах произнести ни слова, а чувствовала себя так, как будто неожиданно оказалась на спектакле для узкого круга посвященных.

— Расстегни, пожалуйста, манжеты. — Он подошел ближе и протянул руку.

Кейт склонила голову и аккуратно освободила из петель три маленькие рубиновые пуговицы.

Гейбриел молча подставил вторую манжету.