Ночь со зверем

Мужчина сузил на мне взгляд, но моя истерика его не тронула:

— Не думаю, что вам нужны мои извинения, мисс Пэрроу.

— Зовите меня Ари. Или, может, у вас на примете уже есть новый профессиональный псевдоним для меня? Как у вас тут все это устроено? Я теперь всех оборотней буду ублажать?

Чем больше меня несло, тем больше замирало все внутри — я переставала хотеть жить. Сдавалась с каждым словом… И, неожиданно даже для себя, не выдержала. По щекам покатились слезы, а взгляд застыл, переставая видеть. Захотелось сдохнуть…

— Вы совершенно случайно попали в программу, которой уже несколько лет занимается наша команда, — механическим голосом начал он.

— Повезло, — прохрипела я, медленно смаргивая очередную порцию влаги с глаз. Но собеседник этого не замечал.

— …Я предлагаю вам продолжить участие в программе. У вас будет контракт и внушительный гонорар…

— А почему вы меня вчера не спросили? — задала глупый вопрос.

Но он снова не слушал.

— …Договор вам предоставят для ознакомления сегодня же.

— А если меня не интересует ваш договор?

— У вас нет выбора, Ари, — впервые продемонстрировал он хоть какую-то эмоцию. — Я понимаю вас, но мы готовы щедро возместить вам моральный ущерб.

— Неужели? — усмехнулась.

Кажется, я оживала. Даже вздохнуть смогла чуть глубже. Хорошо, когда некому смотреть на твою медленную смерть — повод пересмотреть репертуар. Например, побороться за жизнь.

— Твое здоровье — наш приоритет, — перешел он на «ты».

— Наверное, поэтому меня все утро таскают без трусов по вашей базе? Интересно. Ваш собственный метод?

Профессор Ублюдок усмехнулся:

— У меня немного другие методы. Но убеждать тебя, что попала в санаторий, я не буду. Возможно, придется нелегко. Но в твоих интересах принять условия. Чем меньше дергаешься, тем шире петля.

А вот теперь он заговорил совсем как живой, будто запись кончилась.

— А вы умеете убеждать, — сложила я руки на груди.

Он использовал паузу на мое пристальное изучение и будто остался доволен.

— Медведь тебя выбрал. Это редкая удача. И наша задача — изучить условия, при которых эти твари становятся настолько уязвимыми.

— Боитесь их? — нахмурилась я. — Оборотней?

Оборотни в наше время такое же обычное явление, как радуга после дождя. Они живут с людьми бок о бок в относительном мире, хотя напряжение временами дает о себе знать.