Ночь со зверем

Присмотришь за моими?

Вчерашний день вымотал сильнее, чем я могла предположить. Уснуть стоило труда и проснуться тоже. Когда не нашла рядом никого, подумала, что уже обед, и Эйдан наверняка с Роном. Только голоса в гостиной не подтверждали мои выводы.

— Смотри, как жует. Ты была права.

— Вы все выросли на пемикане.

Я вздохнула глубже. Тата. И, кажется, Уилл. А Эйдану надо было уехать.

При этой мысли солнечное сплетение лизнуло огнем, и я вскочила с кровати.

— Айвори, доброе утро! — улыбнулась Тата на мое спешное появление в гостиной.

Я даже не сообразила, что в домашних шортах! Но было поздно. Уилл махнул мне рукой в знак приветствия.

— Здравствуйте, — прохрипела, обнимая себя руками, чтобы не начать тянуть кофту ниже. — А где Эйдан?

Рон лежал у Таты на коленях, но, увидев меня, взмахнул чем-то в ручке и восторженно вскрикнул.

— Уехал. — Тата перестала улыбаться, напряженно вздыхая и поднимая ребенка. — Но сказал, что беспокоиться не о чем.

— Айвори, чаю? — Уилл направился к плите. — Тата принесла несколько сортов с травами, попробуешь?

— Я приведу себя в порядок… — глянула на Рона, но тут же отвела взгляд, чтобы не выдать эмоций.

Уверена была, что он потребует меня сразу, как увидит, ведь всю ночь не ел. Но нет. Мелкий посмотрел на меня и даже не пикнул. — А что он жует?

— Это пемикан, оборотням-малышам самое то для быстрорастущих зубов, — немного извиняющимся тоном объяснила Тата.

Не замечала, чтобы у нас были проблемы с зубами, правда, Рон сгрызал по одному прорезывателю в неделю… до появления Эйдана.

Последние дни он предпочитал его пальцы.

— Прости, ничего, что я… — встрепенулась Тата.

— Нет-нет, — поспешила заверить, но вышло излишне бурно. — Все нормально. Я оденусь и вернусь. Спасибо вам.

Нормально мне не было. Мир Эйдана сразу же доказал, насколько правильнее и роднее для ребенка. Но в душе все больше росло сопротивление. Да, Рон — оборотень, но лишь отчасти. Он и человек тоже. Эйдан говорил, что семейство Таты сильно замешано на человеческой крови, и это читалось во всем.

Но и то, что они закрыты от людей — тоже. И у них есть на то причины, но мне они пока не близки.

Когда я спустилась уже в спортивном костюме, на столе был накрыт завтрак на всех, а Рон ползал по шкурам, яростно потроша ворсинки, попавшие ему в пальцы.

— Занят, — улыбнулась я.

— На какое-то время, — ответила мне улыбкой Тата, — а вообще он очень ручной.

— Ручной? — задышала я чаще.

— Да, — кивнула она настороженно. — И это очень хорошо.