Ночь со зверем

Запах молока от нее на секунду наполнил душу таким светом, что стало больно смотреть. Идиотская надежда на призрачную возможность, что она унесла из того места моего ребенка, выбила почву из-под ног и перевернула все в душе. На вдох я представил, что у меня есть ребенок, и все, что имело значение еще минуту назад, потеряло всякий смысл.

Губы дрогнули в кривой усмешке — идиот… Нет в моей жизни места таким случайностям.

Сезар ждал от меня подтверждения, что не ошибся. Он был готов и дальше распутывать клубок событий ее жизни… Но сейчас я не хотел ничего знать.

Выдержка и так трещала по швам. Я не понимал, как дожил в уме до сегодняшнего дня, но еще страшнее было думать, как буду жить дальше. Принять ее с чужим ребенком? Я не смогу. Даже если бы во мне осталось достаточно человеческого, уговорить животную часть принять человеческого ребенка не выйдет. Он чужой. И я всегда буду для него угрозой. А она мне этого не простит. Наша жизнь превратится в ад.

Как я оделся, помнил слабо. Мысли о мести отвлекали лучше всего.

Постепенно эмоции улеглись и потекли в привычном высушенном русле холодного расчета. Я вышел из клуба и направился к автомобилю.

Уилл ждал рядом. Наверное, это его выражение следовало запомнить — никогда он еще не смотрел на меня с такой надеждой.

— Я не решился задержать девушку, но отправил за ней слежку, — осторожно доложил он.

Я и не подумал об этом. Для этого у меня и есть Уилл — молодой, сообразительный и прыткий помощник. Ему бы опыт и знания Сезара — цены бы не было.

— Молодец, — коротко похвалил и дернул ручку дверей. — Поехали.

Я перевел на него взгляд и сузил глаза:

— Прости, Эйдан… — Он нервно сглотнул. — Это… не она?

Я отвел взгляд на клуб, на мгновение представив, как она бежала по его ступенькам. Картинка рисовалась так привычно четко, что напоминала галлюцинацию. В бредовых снах, которыми я забывался этот год, я видел ее — то кричащую в лапах медведя, то стонущую подо мной на влажных простынях… Впору было сойти с ума, и мне казалось, что я давно сошел.

Я молча сел в машину. Уилл последовал за мной.

— Мне отменить слежку? — обернулся он с переднего сиденья, когда клуб остался позади.

— Нет. Узнай где живет и следи круглосуточно, — лениво откинулся на спинку, чувствуя, будто набит стеклом.

Пусть бежит. Я не знал, что мне с ней делать. Ступор потихоньку проходил, возвращался голод. И ему было плевать, что женщина не может быть моей.

— Кай звонил, — вдруг сообщил Уилл.