Ночь со зверем

Пусть изучает. Мне бы тоже не помешало, но на этого нарыть почти ничего не удалось. Местоположение свое он также тщательно скрывал — никаких пьянок и разъездов на такси в нетрезвом состоянии, никаких отпусков с пересечением границы Смиртона. Предсказуемо. Этот тип был хорошо знаком с Павлом Келлером, с которым разделался Рэм Арджиев. Тот тоже считал планету своей собственностью и не признавал коленопреклоненной позиции человечества.

— Мы обсудили условия, мистер президент, — вступил Уиллоуби. — И как раз на стадии подписания договора.

Тут за спиной дернулся Уилл, и я внутренне напрягся, но внешне остался спокойным, ставя свою подпись на контракте.

— Мистер Уэйн, — склонился к уху Уилл, — у нас проблемы.

— Надеюсь вы присоединитесь к ужину, мистер Уэйн, — обратился ко мне президент.

— Одну минуту, — поднялся я. — Прошу нас извинить, срочный вопрос.

Внутри уже полноценно дрожало от смутного предчувствия — Уилл бы не дергал меня понапрасну. Мы вышли за двери, где я нетерпеливо уставился на него.

— Айвори потеряли, — глухо выпалил он.

— Детали, — приказал коротко и зашагал по коридору так быстро, что ему пришлось за мной бежать.

— В супермаркете. Наблюдателя кто-то вырубил между завалами овощей. Камеры пусты.

— Уже и камеры проверили? — зарычал. — Почему сразу не позвонили?!

Он что-то пришибленно мне объяснял, а я шагал вперед, чувствуя себя, будто во сне — вязну в воздухе и никуда не двигаюсь. Давно забытые чувства быстро напомнили о себе взрывом адреналина в груди.

На какой-то миг я оглох и ослеп. Показалось, зверь вот-вот рванется изнутри, снова пытаясь найти путь к своей женщине. Но с тех пор, как Айвори пропала… я больше ни разу не смог обернуться медведем.

Холодный воздух едва не разорвал легкие. Мы с Уиллом вышли на ступени и спустились вниз, когда мне поступил звонок.

— Мистер Уэйн, это пресс-секретарь мистера Уиллоуби…

— Мне нужно срочно уехать, — рыкнул в трубку и отбил звонок.

Какого черта я не повесил на нее маяк?! Был занят тем, чтобы не сойти с ума, был уверен — смогу пережить все.

Но внутри что-то будто коротнуло, и все выцвело. Я схватился за открытую дверцу, не сесть на сиденье так и не смог, чувствуя, будто меня начинили свинцом. Стало тяжело дышать, будто я снова там, на этой проклятой базе с осознанием, что не выберусь, что переоценил свои силы…

Но тут вдруг экран мобильного в руке ожил, и я машинально скосил на него глаза. На фото была моя Айвори.